Её знания пригодились, когда Лекс доводил отмычку до ума. Айрин подсказала, как ингрийские мастера делали «ключи-невидимки» для тайных ходов. Лекс использовал её подсказки, и устройство заработало ещё лучше.
За две недели они подготовили всё необходимое: глушитель, маскировщик, отмычка работали без сбоев; в тайнике лежало три ножа, два топора и короткий меч; припасы множились. Грым, рискуя, принёс из города карту и фальшивые документы.
— Если что — сразу к горам, — сказал он, разворачивая пергамент на верстаке. — Здесь отмечены безопасные тропы. Я спрятал это подальше, чтобы отец не нашёл раньше времени. Вот смотри: этот перевал опасен, там постоянно патрули. А вот здесь, в ущелье, есть старая шахта — можно переждать непогоду.
— Откуда карта? — спросил Лекс, разглядывая пометки.
— У сталкеров купил. Они в руины лазают, всё знают. За пару монет рассказали, где безопасные места.
— Умница, — похвалил Лекс. — Теперь осталось только ждать.
Ждать пришлось недолго.
В тот вечер, когда Лекс корпел над очередной схемой, проверяя отмычку, он услышал звук. Сначала ему показалось, что это ветер. Но ветер не стучит так ритмично, не скребётся в ворота со стороны улицы. Лекс замер, прислушиваясь. Айрин за стеной тоже перестала дышать.
— Лекс, — шепнула она.
— Слышу.
Лекс осторожно поднялся, взял тяжёлый гаечный ключ. Выглянул в коридор. Тьма, только редкие лучи лунного света проникали сквозь щели. В цехе было тихо, но он чувствовал — там кто‑то есть.
И тут раздался треск. Ломали дверь.
Лекс метнулся к Айрин.
— Беги к Кор-Думу, — шепнул он. — Буди всех. А я задержу их.
— Один?
— У меня есть кое‑что. Иди!
Она колебалась лишь секунду, потом исчезла в темноте. Лекс побежал к своему тайнику.
Цех встретил его холодом и запахом масла. Луна светила сквозь высокие окна, выхватывая из темноты силуэты станков. Ворота уже сотрясались от ударов — дверь была крепкая, дубовая, обитая железом, но не вечная.
Лекс схватил три склянки — с серной кислотой, с едкой щёлочью и с «огненным маслом», горючей смесью, которую Грым нашёл в запасах. Сунул за пазуху, обмотав тряпками.
Потом рванул к верстаку, где лежала ловушка — проволока, натянутая поперёк прохода, привязанная к тяжёлому молоту, висящему на кронштейне. Лекс закрепил её получше, проверил натяжение.
Затаился за грудой ящиков. Каждый удар сердца отдавался в висках глухим стуком, заглушая шаги. Лекс не слышал даже собственного дыхания — только этот нарастающий гул.
Ворота вздрогнули от особенно сильного удара. Ещё один, и ещё. Замок жалобно звякнул и слетел. Створки распахнулись, и в проёме возникли фигуры.
Пятеро. Нет, шестеро — последний остался снаружи, на стреме. Все в тёмной одежде, лица скрыты капюшонами. У одного арбалет, у остальных — дубины и ножи. Профессионалы. А следом за ними, пригнувшись, в проём скользнули две тени — низкие, стремительные. Лекс похолодел: это были не люди. Эфирные волки — полупрозрачные, с горящими глазами и оставляющие на полу светящиеся следы. Кто‑то натравил их специально.
— Где раб? Механик, — голос главаря звучал холодно, без эмоций. Волки зарычали, скаля зубы.
Из темноты выступил Грым — видимо, тоже проснулся от шума и прибежал раньше отца. В одной руке он сжимал молот, в другой — масляную лампу. Лицо у него было бледным, но он старался держаться.
— А вам‑то что за дело? — голос у парня дрожал, но он старался держаться.
— Много будешь знать — скоро состаришься, — усмехнулся главарь, делая шаг вперёд. — Отдай парня, и разойдёмся мирно. Нет — пеняй на себя. Нам терять нечего, а ты тут, кажется, единственный сын у папаши?
— Здесь вам не рынок, — Грым сжал молот так, что костяшки побелели. — Убирайтесь, пока целы.
Непрошеные гости переглянулись и рассмеялись. Смех был нехороший, звериный. Волки зарычали громче, припадая к земле.
— Слышь, малой, — бросил один, поигрывая дубиной. — Ты хоть понимаешь, кто нас послал? Вэл'Шан из Магистериума. Если мы не приведём раба, завтра здесь будет инквизиция. И тогда уже никто не уйдёт — ни ты, ни твой папаша, ни все ваши дворфы.
Грым колебался. Лекс видел, как дрогнула его рука.
Пора было выходить.
Лекс шагнул из‑за ящиков, держа в опущенной руке одну из склянок.
— Я здесь. Чего надо?
Главарь обернулся, довольно ухмыляясь.
— А вот и наш герой. Сам вышел — умно. Пойдёшь с нами тихо — никто не пострадает.
— А если не пойду?
— Тогда пострадают все, — он кивнул на Грыма. — И твой дружок первым.
Лекс оценил расстояние. Пятеро в цехе, один снаружи. Два волка. Грым с молотом, но против четырёх опытных убийц и мутантов ему не выстоять. Склянки — единственный шанс. Глушитель на поясе — для волков.