…Поползаевск готовился к зимней осаде. Город кишел вооружёнными людьми, зачастую весьма подозрительного вида. Закрывались лавки, выставлялись караулы у складов. Приведение в порядок полвека не чинившегося вала и чистка заваленного мусором рва подвигались с черепашьей скоростью, хотя на труды выгнали сотни горожанок. Поползай решил лично с главными чиновниками объехать вокруг города в крытом утеплённом возке. Он мнил, что его появление заставит работающих резвее шевелить лопатами.
— Ныне надо трудиться сума… сму… са-мо-от-вер-женно. — заметил он с державной озабоченностью. — Эй, Грызь!
— Я, господин волостной голова!
— Бабы, чего, не кормлены?
— Как можно, даём лепёшки, молоко, сыр, яйца, овощи и мясо. — не моргнув глазом, соврал старший надсмотрщик.
— Так отчего же ползают, словно сонные мухи? Не любят Большерунье и свободу, как их любим мы? Не возмущены бунтом чёрных недобитков? Народовластие в опасности. Каждый горожанин обязан самоотверженной работой помочь мне одолеть грязных мятежников!
— Святая правда, милостивец наш!
— А, быть может они предатели и втайне мечтают со своими мужиками переметнуться к этому… как его… Врану… Вруну? Тогда нужна с… с… строгость!
— Понял, господин волостной голова!
Старший надсмотрщик поотстал от возка. Пегая лошадь под ним захрапела и попробовала встать на дыбы. Подбежавшие младшие надсмотрщики едва увернулись от копыт.
— Ну всё, бездельники, допрыгались! — прошипел Грызь. — Дурака валяете, а Поползай на меня псов спускает!
— Батюшка, да только укажи, в чем мы провинились, исправим.
— Почему бабьё работает из рук вон плохо? Я вас самих заставлю носами землю рыть!
Надсмотрщики мговенно приободрились, сообразив, что не будет речи о воровстве продовольствия и ночных шалостях с согнанными на работу девками.
— Не извольте гневаться, сударь, — бодро рявкнули они. — Сейчас зашустрят!
Грызь с места в галоп рванул лошадь и, забрызгав ледяной грязью надсмотрщиков, понёсся догонять возок Поползая.
Надсмотрщики повернулись к копошащимся во рву горожанкам и дружно отстегнули от поясов толстые ивовые прутья с обмотанными ремешками рукоятями, которые между собой называли «народоправками».
— Чё, не хочете получать удовольствие от труда, стервы? — радостно заорали они. — А зря, ленивых мы любить не будем.
— Учитель, — Мста выглядела ошарашенной, — даже не знаю, как сказать…
— Как всегда. — посоветовал Бран. — То есть чётко и по существу. Присаживайся, перекусим вместе.
— Спасибо, сыта.
— А, ну если так, то извини, начну есть. А то сил нет, как проголодался, три часа в седле трясясь.
— Доброго вкуса! — пожелала Мста. — Тогда лучше после еды загляну, а то кусок в горло не полезет…
— Не томи! — рассердился Бран. — Что стряслось?
— Дозорные четвёрку чертей задержали. Настоящих, представляешь?!
— Потери? — встревоженно спросил Бран.
— В том-то и дело, что никаких. Остроухие едва завидели дозорных, тут же побросали оружие, задрали лапы вверх и сказали, что ищут тебя. А старший заявил, что он сын вожака… Шорох… Шухер… Шуршур… Тьфу, имечко — не вышептать. В общем, с важным устным посланием от папаши. Что делать?
— Сюда его! — встрепенулся Бран. — Немедля!
— Может быть всё-таки поешь сначала? — усомнилась Мста. — А то впрямь потом не захочется. Рыла у них — ой-ой-ой! Да и запашок тоже…
— Зови-зови!
— Гм, ладно. Но наедине с нелюдью не оставлю, не надейся. Мы с Внятой здесь посидим, а за чертовой спиной пару лучших охранников поставим.
Бран кивнул. Мста вышла.
Потом в шатёр неслышной тенью скользнула Внята, села на ларь с бумагами в углу, с обманчивой небрежностью положила рядом моргульский клинок. Ещё через минуту Мста откинула полог и впустила необычного гостя в сопровождении двух ратников с кинжалами наголо.
Некоторое время Бран и чёрт с нескрываемым взаимным любопытством рассматривали друг друга.
Чёрт был на голову ниже среднего человеческого роста, зато широкоплеч, коренаст и жилист. Он слегка горбился, длинные крепкие руки почти достигали колен. Матовая кожа поражала серо-зеленоватым оттенком. На толстой шее красовалась круглая голова с торчащими острыми ушами, маленькими глазками, большим курносым носом и массивной челюстью.
— Приветствую Брана! — хрипло прогудел чёрт, прервав молчание. — Я — Шайхар, старший потомок и наследник Большого Вождя Орды урукк-хаев из Холодных Лесов. Принёс его речь.
— Что ж, послушаем. — Бран приглашающе указал на табурет.