Девушка потупилась ещё больше. Послышались всхлипывания. Управитель Братского Подворья расплылся в людоедской ухмылке: — Ух, ты! Торфоразработчики слезу пустили! Рано хлюпаешь, рано, рыдать будешь, когда узнаеешь, как сами себя наказали! Так вот, поясняю. Сегодня к вечеру привезут новенький паровик. В два раза мощнее, надёжный, удобный, мммм!
Славута закатил глаза и чмокающе поцеловал сложенные в щепоть кончики пальцев.
— Я хотел отдать паровик тебе, Радуница, и твоему верзиле Веселу. Но теперь придётся приписать его к лесопилке Выверя. Так что он отныне будет с новым хорошим двигателем, а вы копошитесь с украденным и заезженным старым. Решение справедливо, окончательно, и обжалованию не подлежит. Стороны довольны?
— Да! Нет! — одновременно сказали Выверя и Радуница.
— Спасибо. — Лесопильщик довольно улыбался. — Раз так, пёс с ними, обойдутся на этот раз без порки крапивой.
— Нам же для работы нужно было! — отчаянно пискнула Радуница. — Мы вернём старый паровик.
— Нет уж, пользуйтесь на здоровье, похитители! — тепло пожелал Выверя. — Так уж и быть — составлю полный список его неполадок, которые будете ежедневно устранять. С первой по сто двадцать шестую включительно. Хы!
За лето после взятия Чистограда (бывшего Поползаевска) Братство овладело всем Зазныбьем. Небольшими переходами Рать Братства двинулась на юг, к берегам огромного внутреннего Рунского озера-моря.
Как только стан Рати был разбит, в дневном переходе от Белгорода-У-Залива, Бран разрешил уставшим воинам отдых на несколько дней, чтобы они могли восстановить силы.
Ждан приказал самым ловким и искусным конникам объездить большое число молодых лошадей, которых повстанцы обнаружили в конюшнях, принадлежавших лично Зуду Крысеню. Таким образом, он составил конный полк в дополнение к отряду чертей, ездящих на громадных волках-варгах.
Ждан, будучи чрезвычайно предусмотрительным, призвал к себе дружинного Хмару и приказал тому после шестичасового отдыха, около полуночи, отправить разведчиков к Белгороду, дабы получить сведения о вражеском войске. На заре разведчики должны были возвратиться в стан и описать обстановку. За час до восхода солнца лазутчики вернулись конники. Они сообщили, что враг продвигается с востка. Сначала Бран не поверил донесениям, но, побеседовав с Карром и сопоставив принесённые птицами вести с донесениями разведки, он понял, что произошло: повстанцы обогнали посланные Крысенем и Головастиком войска и взяли влево. После чего и Рать, и лешелюбские полки устремились к Белгороде-У-Залива,
Когда Бран объяснил Ждану положение, тот велел немедля трубить подъем и выступать. У посёлка Затока, что лежит на самом берегу Рунского моря Рать построилась в боевые порядки. Солнце поднялось высоко, его лучи согревали окрестные равнины, фруктовые сады, желтеющие нивы, воажные луга. Пехоту Ждан поставил в шахматном порядке. Всадников-чертей Шайхара и ангмарцев Ингхеля направил через поля и сады: одних — налево; других в правую сторону. Ждан Ратник приказал им отойти подальше и тщательно спрятаться, а когда битва достигнет наибольшего накала, не дав лешелюбам понять в чём дело, окружить их и атаковать с боков и сзади.
Так что лешелюбские войска с крайне неприятным для себя изумлением внезапно наткнулись на развёрнутую и готовую к бою Рать Братства. Но следует отдать должное их предводителю Мухорю Игреничу — он не растерялся. Он тотчас повелел воинам остановиться, рассыпаться цепью, удлиняя строй, желая избежать возможного окружения своего воинства. Невзирая на путаницу и суету, всегда сопутствующие быстрому вступлению в бой, все приказания Мухоря были выполнены скоро и правильно.
— А не дурак этот Игренич. — процедил сквозь зубы Бран, наблюдавший с холма за приготовлениями к сражению. — Совсем не дурак. Ну да ничего, посмотрим ещё, чья возьмёт.
Ждан вскочил на крепкого вороного коня и распорядился барабанщикам бить атаку беглым шагом, чтобы напасть на врага, пока тот не успел завершить построение.
Оба войска издав древний боевой клич рунских витязей: «Кр-рови!» обрушились друг на друга. Раздался зловещий грохот от ударов по щитам, лязг мечей и топоров, крики сражающихся. Битва шла около получаса с равным озлоблением и равной отвагой. Однако бойцы Мухоря не смогли противиться страшному натиску повстанцев. И как только они дрогнули, из засады вынеслись всадники на варгах Шайхара и вышли стройными рядами ангмарцы с копьями наперевес. Лешелюбские полки были окружены, их ряды смешались, бросились в беспорядке бежать. Сначала их бросилась преследовать пехота Братства, которая, врубаясь в ряды удирающих лешелюбов, истребляла их. Однако бросавшие на бегу оружие вояки Крысеня и Головастика проявили такую прыть, что оставили преследователей далеко позади. Тогда Ждан подал знак наездникам Шайхара, воющие варги кинулась во весь опор за толпами беглецов, а черти принялась рубить бегущих изогнутыми мечами.