Тот старый огромный варг, с которым я столкнулся как-то раз, — это была конечная стадия. Это было то, во что превращались эти ужасные звери. Только тот больше походил на что-то другое. Старый варг был меньше, он не выглядел прям уж так страшно, как это…
«Вот дерьмо!..»
Голова варга преобразилась окончательно, исчезли последние намеки на прежнего скакуна. Передо мной было самое настоящее чудовище, смесь ящерицы, коня и змеи… Варг издал утробный звук, в котором слышались ещё и нотки шипения, и стал осматриваться вокруг, словно новорождённый, впервые увидевший мир.
— Раб… — донёсся до меня рык орма. — Только великое взросление спасло тебя от удара плетью!
Глава 13
— Раб… — донёсся до меня рык орма. — Только великое взросление спасло тебя от удара плетью!
Я повернулся к всаднику, стоявшему метрах в пяти от меня. В этот момент я осознал, что прохлаждаюсь, разинув рот, вместо того чтобы выполнять свою работу, на глазах у самого Дхора. Последствия могли быть весьма печальными для моей спины, но… Почему-то обошлось.
Дабы не испытывать судьбу, тут же принялся за дело, стараясь не смотреть в сторону мутировавшего варга. Лопата тяжело врезалась в навоз, руки горели от усталости и напряжения. С каждой новой порцией дерьма, которую я относил в общую кучу, меня всё сильнее и сильнее начинало трясти от осмысления увиденного.
Мой родной мир выглядел логичным, привычным, а здесь… словно царили другие законы, которые не поддавались никакому рациональному объяснению. Варги, скидывающие свою оболочку… да ладно — варги! Взять тот же муми, после которого звери превращаются в нечто ещё более мощное и жуткое.
Сознание отказывалось принимать эту реальность, пытаясь ухватиться за хоть какие-то ниточки логики. Но их не было. Мои руки машинально продолжали работать, а мозг старался переваривать эту трансформацию: как запускается процесс взросления? Есть ли какие-то этапы? Как это вообще возможно с точки зрения науки?
Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая небо в багровые и оранжевые тона. Работа не становилась легче, но мозг, занятый мыслями о странных метаморфозах варгов и муми, отвлекался от ноющей боли в спине и усталости в натруженных руках.
Наконец, когда последние лучи солнца почти исчезли за горизонтом, орм, хмуро наблюдавший за нашей работой, велел заканчивать. Я направился к лачугам в надежде застать Норка: слишком много у меня было вопросов к старику. Но внутри нашего жилища царила тишина, нарушаемая лишь сопением и храпом. Все спали.
На следующий день ничего не изменилось, как не изменилась и моя каторга. С первыми лучами солнца в дверном проёме показалась физиономия Харма, который велел нам выходить на работы. Толком переговорить с Норком не удалось: все спешили на выход, чтобы не вызывать гнев надсмотрщика.
Вчерашняя трансформация варга настолько сильно засела в моей голове, что я даже не заметил, как пролетела работа. Я машинально чистил загон, перебирая в уме все возможные варианты объяснения увиденного. Может, это какая-то форма паразитизма? Или сложный симбиоз с неизвестным организмом? Или… мутация, вызванная специфическими условиями этого мира? Но ни одна из этих гипотез не давала полного ответа. Мне было очень интересно: такое отличие от земной жизни я видел в первый раз. Зато не осталось сомнений, что я в другом мире, а не в прошлом собственной Земли.
Вечером, после ужина, я, наконец, улучил момент, чтобы поговорить с Норком, который лежал на нарах и что-то грыз. Полумрак лачуги скрывал детали, но по хрусту я определил, что грызёт он кость.
— Норк, ты где это достал?
Старик быстро убрал кость в ткани своей одежды и ответил:
— Нигде… ты что-то видел?
— Видел, как ты что-то прятал, — спокойно ответил я, стараясь не выдать своего беспокойства. Мне не было дела до этой кости до тех пор, пока это не коснётся кого-то ещё. — Просто интересно, что ты там грызёшь втихую? Здесь ведь не раздают кости на ужин.
Норк нахмурился, его лицо в полумраке стало ещё более угрюмым.
— Тебя не касается, Сквор, забудь… И вообще, иди спать. Уже поздно.
Я покачал головой.
— Норк, подумай сам. Если Дхор или другой орм увидит у тебя кость… Ты же знаешь, что будет. Руки отрубят, а то и хуже. Я не хочу, чтобы ты пострадал из-за какой-то косточки. Тем более меня мучает другой вопрос.