«Он… Он что… Этот самый⁈ Радужный⁈» — моя физическая вялость моментально сменилась почти истерически бодрым состоянием, и я задергался, пытаясь скинуть мужика с себя.
Он прихватил меня шершавой лапищей за горло, не давая заорать, а обе мои руки придавил плечом и замер, не давая пошевелиться и мне. Я перестал вырываться — его действия были однозначны: не двигаться и не показываться над травой.
Лёжа на земле, я попытался сообразить, что происходит — слишком всё было непонятно. Дикий рёв повторился, вновь вызвав мурашки на коже…
«Да чё происходит-то⁈ Кто это орёт⁈»
И вдруг… звук! Очень знакомый, который я уже когда-то слышал. Топот конских копыт! Тяжелый мерный топот множества коней.
«Чёт знакомое…»
Волна воспоминаний нахлынула с новой силой, и я вспомнил… детство, отец, конные прогулки в Подмосковье…
Топот приближался, становясь все громче и громче. Сквозь траву я ничего не видел, но чувствовал, как земля содрогается под копытами несущихся коней. И вот сквозь рёв зверя и топот копыт начали пробиваться крики. Громкие отчаянные крики, полные боли и ужаса.
Мой конвоир, всё ещё прижимавший меня к земле, вдруг вздрогнул и ослабил хватку. Я поднял голову и увидел его глаза, полные паники. Он в момент отпустил меня и, вскочив на ноги, прокричал лишь одно слово. Слово, которое я не понял, но которое, судя по его тону, выражало крайнюю степень отчаяния:
— ВАРГА!
После этого он метнулся в сторону от меня так быстро, что я даже не заметил, куда он делся — только пучки травы чуть колыхнулись у моего лица.
Степь наполнилась хаосом. Топот копыт, крики людей и… непонятный рёв коней слились в оглушительную какофонию. Я поднял голову и увидел… зрелище, которое навсегда врезалось в мою память: по степи неслась лавина всадников…
Я не видел их лиц, но прекрасно видел то, что было в их руках: окровавленные сабли и копья. Они рубили моих разбежавшихся конвоиров, словно траву, не давая им ни единого шанса на сопротивление. Мои недавние мучители, ещё минуту назад казавшиеся такими грозными, теперь в панике метались, пытаясь спастись от неминуемой гибели. Но бежать было некуда: степь не давала им укрытия. Всадники настигали их одного за другим и безжалостно расправлялись. Они, млять, убивали их! Я настолько не понимал, что делать в этом хаосе, что на мгновение прикрыл глаза, ожидая, что это кино кончится прямо сейчас…
Запах… пахло кровью и дерьмом, горечью степных трав и выжженной солнцем пылью… В кино так не пахнет, это — не съёмки, а грёбаная реальность…
Я буквально заставил себя открыть глаза и чуть приподнять голову, пытаясь найти путь из этого безумия. Тех, кто меня захватил, уже не было видно. Лавина рассыпалась на отдельных всадников, и оказалось, что их не так и много. Десяток, может, полтора. Крепкие и не слишком высокие мужики, которые сперва показались мне чуть ли не великанами. Сейчас примерно половина из них спешилась и что-то собирала, отпустив коней.
Остальные всадники со свистом и смехом гоняли плетьми несколько пока ещё уцелевших соперников. Хлыст щёлкнул, взвиваясь чёрной лентой, и каким-то чудом неторопливо, почти ласково обвился вокруг шеи одного из тех, кто взял меня в плен…
Рывок…
Хруст позвонков… тело медленно опускается на землю…
А сами кони…
— Тт-твою мать… — иного физически не могло вырваться. — Это что такое⁈
Я видел то, что не могло существовать! Просто не могло!
Кони! Это были не просто кони, это были чудовища, которых как будто бы создала нейросеть: мелкая чешуя отливала тусклым бежевым, словно выгоревшая на солнце трава; чёрные выпуклые глаза; удлинённая, почти змеиная шея; голова с узким черепом и выпирающими скулами. Даже грива, стриженая короткой щеткой, казалось, состоит не из шерстинок, а из каких-то хитиновых палочек.
Но самое ужасное — пасть! С самыми настоящими клыками, как у нормального такого хищника! Эти кони не просто несли своих всадников. Сейчас они рвали и терзали своих жертв, словно дикие звери. Они прям жрали убитых!
Я видел, как один из этих коней, подлетев к убегающему воину с дубиной, просто схватил его за плечо и с хрустом вырвал кусок мяса. Воин взвыл от боли, но конь не отпустил свою добычу, а мотнул головой, разрывая и разбрасывая капли крови по степи.
Другой конь, без всадника сейчас, на полном скаку сбил с ног двоих пытавшихся спрятаться в траве степняков и, перед тем как сожрать, растоптал их копытами, превратив в бесформенную массу плоти и костей. Это произошло достаточно близко от меня…