Пользуясь тем, что на него никто не смотрит, он тихонько подошёл к Квентину. Парень стоял, напряжённо выпрямившись, и смотрел вслед Джин, которая уходила куда-то вместе с Урсулой.
- Что это за девчонка? – тихо спросил Квентин. – Ей можно доверять?
- Не знаю, – так же тихо ответил Ремус
Тем временем девушки завернули за угол большого дома. Пока они шли через открытое место, незнакомка шагала медленно, словно скучающе, но едва они скрылись за углом, как она быстро взяла Джин за руку и потащила её дальше, туда, где лунный свет не проникал сквозь спутанные заросли облетевших кустов, и на стену дома падала густая тень.
- Ты Джин, да? – тихо спросила она.
- Да.
- Урсула, – девушка огляделась по сторонам, потом повернулась к Джин, пристально разглядывая её. От этого взгляда Джин сделалось неуютно.
- Грегор говорил, ты целительница, – резко сказала Урсула. – Это так?
- Почти. Я только начала учиться на целительницу, когда меня укусили. Учёбу не закончила.
- Так я и думала, – раздражённо пробормотала Урсула. – Уж больно ты мелкая… сколько тебе?
- Восемнадцать, – сказала Джин сдержанно. «Мелкая», надо же! Можно подумать, эта Урсула намного её старше. Года двадцать два-двадцать три, не больше.
- Ладно, всё равно лучше ты, чем Жирный Стю, – буркнула Урсула и мотнула головой в сторону дома. – Хочешь подслушать, о чём они говорят? Грегор и Эйнар?
Джин замерла. Кончики пальцев похолодели. А что, если это ловушка? Что, если сейчас она скажет «да», и эта странная Урсула убьёт её на месте, или потащит к Гвилту? Страх отразился на её лице, и Урсула быстро, хрипло произнесла:
- Я не выдам тебя. Ты хочешь сбежать отсюда, я это знаю. Я тоже кое-чего хочу. Пообещай, что поможешь мне, и я помогу тебе подслушать их разговор. Если откажешься – разойдёмся и забудем обо всём. Ну, что?
- В чём тебе помочь? – прошептала Джин. Машинально она окинула взглядом красивую, ладную фигуру Урсулы. – Ты…ты чем-то болеешь?
- Потом скажу, – усмехнулась Урсула. – Сперва отвечай на вопрос. Да или нет?
Скуммель уже давно скрылся в доме. Драгоценные минуты утекали. Кто знает, о чём они там говорят, пока она стоит здесь и трусит! Джин сжала зубы и кивнула, пристально глядя Урсуле в глаза. Урсула кивнула в ответ и повернулась к стене, открывая дверь, которую Джин не заметила в темноте.
Они оказались в крохотном помещении. Здесь было темно и пахло дымом, но при этом так тепло, что Джин даже улыбнулась – за долгое время на улице она успела замёрзнуть. Запах дыма раздражал её, и она понадеялась, что они не задержатся здесь надолго – не хотелось бы, чтобы её начало тошнить. В полной темноте она услышала, как Урсула, тихо ругаясь, возится и двигает что-то.
- За стенкой кухня, мы с другой стороны от очага, поэтому так тепло, – прошептала она. – Здесь хранятся дрова. Осторожно, не урони их, а то нас точно услышат… Всё, теперь готово.
Джин почувствовала, как Урсула снова взяла её за руку и потянула поближе к себе. Они зашли за поленницу и прижались к стене. Джин ощутила слабое дуновение воздуха на своей щеке, нащупала рукой какое-то отверстие в стене и поняла, что Урсула отодвинула одну из досок потолка, чтобы стало слышно, что происходит в соседней комнате.
- Это моё секретное убежище, – прошептала Урсула и внезапно крепко схватила Джин за шиворот и прошипела ей на ухо, обжигая кожу горячим дыханием: – Не смей приходить сюда, если я не разрешу, поняла?!
- Поняла, – Джин аккуратно отодвинула её руку. – Давай послушаем, раз пришли.
Девушки затаили дыхание, прислушиваясь к голосам. К счастью, Гвилт и остальные разговаривали громко, не таясь.
- Я не знаю, Грегор, – с сомнением произнёс приятный высокий голос, голос Эйнара Скуммеля. – Сам я не могу проникнуть в Корпус Авроров, сам знаешь, но слухи, которые доходят до меня, неутешительны. Говорят, Барти Крауч не просто разрешил своим подчинённым пытать заключённых – ходят слухи, что некоторые не выдерживают и умирают раньше, чем их отправят в Азкабан. Я не уверен, что Скотт ещё жив.
- Шанс ещё есть, – ответил звучный низкий голос Гвилта. – Мы должны попытаться.
- Главное, чтобы кто-нибудь ещё не погиб, – проворчал следующий голос, в котором Джин не сразу узнала Адама – оборотня, который стал их с Квентином соседом.
- Это зависит только от нас, – сказал Гвилт. – А что у вас, парни? Смогли что-то выяснить?
- Не очень много, – отозвался молодой мужской голос, глуховатый, но мягкий и приятный. Джин услышала, как при звуке этого голоса Урсула встрепенулась и нервно заёрзала, придвигаясь поближе к стене. – Мы не смогли узнать ничего насчёт Скотта, но… Дерек, покажи им.
- Это Дэн, – удивлённо проговорила Урсула. – Странно, я думала, он вернётся только утром…
Джин понятия не имела, кто такой Дэн, и не испытывала особого желания спрашивать. Напрягая слух, она разобрала слабое шуршание. Её охватило разочарование: похоже, этот Дерек притащил какие-то бумаги, и теперь вместо разговоров они будут читать, и она ничего не узнает.
- В Министерстве было совещание, – сказал голос, похожий на голос Дэна, только чуть более хриплый. – Я смог украсть часть протокола, ту, что касается нас.
- Хорошо, – в голосе Гвилта прозвучало что-то, похожее на сдержанное восхищение. Почему-то Джин это поразило. Она привыкла думать о Грегоре Гвилте, как о бесчувственном чудовище. Она не могла поверить, что в его голосе звучит восхищение, так же как вчера, когда он лечил её, в нём звучала тревога. Это было неправильно, это раздражало. Она не хотела признавать в нём что-то человечное, вся её душа боролась против этого.
Снова зашуршали бумаги.
- Похоже, старина Джим Хейвуд всё ещё жив, – усмехнулся Гвилт. – Смотрите: Барти Крауч настаивает на том, чтобы отправить его в Азкабан до полнолуния. И не только его, а целую партию заключённых!
- Без суда? – глухо спросил Адам.
- Теперь это обычное дело, – равнодушно промолвил Скуммель. – Впрочем, какой тут может быть суд? Никто не захочет выслушивать показания Хейвуда, или Сириуса Блэка, и уж точно никто не встанет на их защиту.
- Сириус Блэк до сих пор не в Азкабане? – спросил визгливый голос, от которого у Джин по телу побежали мурашки, а внутренности скрутило от отвращения – Кевин Мур.
- Нет, но он отправится туда очень скоро, – отозвался Дерек, или Дэн – кто-то из них, Джин не разобрала.
- Раз Крауч хочет засадить Хейвуда в тюрьму, значит, в ближайшие пять дней он точно его не убьёт, – произнёс Гвилт. – Может, и Скотт ещё жив?
- Может быть, – мрачно откликнулся Адам. – Если он жив, то его отправят в Азкабан одновременно с Хейвудом, до полнолуния.
- Мы выясним, когда их будут перевозить, – решительно сказал Гвилт, – нападём на конвой, и вытащим Скотта. И Хейвуда тоже прихватим, – в его голосе зазвучала холодная злость. – Я давно мечтаю открутить башку этому мерзавцу.
- Это опасная затея, – вмешался Скуммель. – Если мы смогли узнать эти сведения, то где гарантии, что Фенрир Сивый не смог их узнать, или не сможет в ближайшее время? Где гарантии, что он не решит сделать то же самое, и не нападёт на конвой одновременно с вами?
- Стая Сивого не такая, как наша, – возразил Дерек. – Его волки для него – всё равно что слуги. Он не станет рисковать своей шкурой ради одного из них. Он всегда может обратить кого-то ещё.
- Джим Хейвуд – не просто один из его волков, – резко одёрнул его Скуммель. – Он был с ним дольше, чем кто-либо ещё. Ради него он рискнёт. Грегор, если вы столкнётесь снова, повторится то, что было в Стантон-Лонг!