- Не говори про Стантон-Лонг! – прорычал Адам. – Тебя там не было! И тебе ещё надо доказать мне, что это не ты тогда подставил нас!
- Не смей обвинять меня в сотрудничестве с аврорами, Спайдерсон! – злобно прошипел Скуммель.
- А ты не смей учить нас осторожности! Ты повсюду оставляешь за собой трупы, мало тебе было авроров – ты ещё и французскому Легиону работы подкинул!
- Не болтай, чего не знаешь, пёс! Думаешь, я не избавился от тела той француженки? Её никто никогда не найдёт, и Легион никогда не свяжет эту историю с нами!
Джин сжала кулаки так, что ногти глубоко впились в кожу.
- Довольно! – резко сказал Дерек. – Грегор, это ещё не всё. Прочитай дальше.
Снова воцарилась тишина. Потом в этой тишине глухо, опасно, как далёкий раскат грома, прозвучал голос Гвилта:
- Проклятье. – И, сразу после этого, повторил уже в полный голос, практически прорычал: – Проклятье!
- В чём дело? – в голосе Адама прозвучало какое-то подобие страха. Вместо ответа Гвилт проревел:
- Что ещё за «Берег Ведьм»?!
Джин едва удержалась, чтобы не вскрикнуть.
- Паршивая газетёнка откуда-то с южного побережья, – тихо сказал Дэн. – Этот номер вышел два дня назад. Кроме Дамблдора, его мог прочитать кто угодно.
- Это всё ты, – голос Адама трепетал от сдерживаемого рыка. – Ты проболтался, ты или твой приятель, кто-то из вас!
- Он мне не приятель! – возмутился Скуммель. – То, что мы оба служили Тёмному Лорду, ещё ничего не значит!
- Грег! Грег, послушай меня, я говорил, что не стоит ему доверять…
- МОЛЧАТЬ! – голос Гвилта вонзился в уши оглушительным раскатом грома. Тишина, которая воцарилась после этого, была такой полной, что Джин даже испугалась, что крик Гвилта разорвал её барабанные перепонки.
- Всё не так плохо, – заговорил Гвилт спустя какое-то время. – Это промах… досадный промах… я не знаю, кто в этом виноват, но я выясню. И всё же это ещё не конец. Ни этот журналист, ни Дамблдор не знают сути дела. Они считают, что это всего лишь осквернение могил.
- Они догадались, что это связано с нами, – глухо сказал Адам. – Они знали, что Кейси и Десильва были в нашей стае, и связали их смерти с остальными.
- Это ещё не конец, – с нажимом повторил Гвилт. – Судя по протоколу, чиновники из Министерства не принимают это всерьёз. У них сейчас есть дела поважнее, чем расследовать убийства оборотней. Они были бы рады, если бы нас всех переубивали. Я уверен, когда старик Дамблдор заявил… как там… – он зашуршал бумагами, – «они тоже являются членами волшебного сообщества, они выполняли закон по мере сил, и должны быть защищены этим законом»… так вот, я уверен, что они просто посмеялись про себя над его словами… Они не станут заниматься этим делом, пока не покончат с Пожирателями Смерти. А к тому времени мы уже будем достаточно сильны, чтобы дать им достойный отпор.
Гвилт снова замолчал, и снова никто не осмелился прервать молчание. Когда он снова заговорил, его голос был усталым, но спокойным – вожак взял себя в руки:
- Дерек, Дэн… вы молодцы. Я горжусь вами, парни. Не зря я взял вас к себе. Идите, отдыхайте. Эйнар, Кевин, в ближайшее время нам понадобится ваша помощь. Я согласен: прежде, чем рисковать своими жизнями, надо узнать больше. Я отправлю троих оборотней в Корпус авроров, чтобы они выяснили, жив ли Скотт, и попытались вытащить его. Ты должен будешь устроить шум, отвлечь авроров, чтобы мои волки смогли безопасно попасть в Корпус и уйти оттуда.
- Согласен, – судя по голосу, Скуммель улыбнулся одной из своих нахальных, ленивых улыбок. – Мы с Кевином как раз собирались навестить супругу одного нашего старинного друга. Передать ей, что он очень тоскует в разлуке с ней.
- Хорошо. Адам… когда будешь готов, отправишься на южное побережье. Журналист должен умереть.
- Это слишком рискованно. Это только привлечёт к нам лишнее внимание, Грег, – глухо сказал Адам.
- Ещё рискованнее будет оставить его в живых. Мало ли, что ещё он успеет раскопать! Да, это опасно, поэтому я и прошу об этом тебя. Ты справишься лучше, чем кто-либо другой.
- Я понял, – бесстрастно ответил Адам, но Джин показалось, что в его голосе она уловила еле различимый вздох.
Разговор стих. Зазвучали шаги, стукнула дверь – все расходились. Джин и Урсула оставались на своём месте, пока звуки окончательно не утихли. Только после этого Урсула тихо открыла дверь и бусшумно выскользнула наружу. Джин последовала за ней, шатаясь и хватаясь за стены. Её тошнило, и она привалилась спиной к стене и широко раскрыла рот, жадно вдыхая холодный ночной воздух.
- Да, дела, – протянула Урсула и прислонилась к стене рядом с Джин. Помолчала немного, потом ткнула её локтем в бок: – Ты там нормально? Я вроде как обещала твоему парню вернуть тебя в целости и сохранности.
- Я в порядке, – пробормотала Джин и выпрямилась. – Спасибо, что привела меня сюда.
- Пожалуйста, – сухо отозвалась Урсула. – Теперь ты мне должна, помнишь?
- Конечно. Что ты хочешь, чтобы я сделала?
Урсула посмотрела на неё, внимательно и угрожающе. Что-то блеснуло в лунном свете, и в следующую секунду Урсула приставила к шее Джин, чуть пониже уха, короткий и очень острый ножик:
- Для начала пообещай, что ты никому не расскажешь о нашем уговоре. О том, что ты услышала здесь, можешь рассказать своему парню, если он не трепло. Но то, о чём я тебя сейчас попрошу – только между нами! Если я узнаю, что ты проболталась – а я узнаю – я тебя убью.
Нож надавил чуть сильнее. Джин задержала дыхание, потом тихо проговорила:
- Я обещаю, что никому не скажу.
- Молодец, – Урсула слегка улыбнулась. – Грегор не врал: ты и впрямь умная. Так вот, – она медленно убрала нож, – после полнолуния ты получишь обратно свою волшебную палочку. Я знаю, что то, что мне нужно, целители изучают очень рано. Стю мне рассказывал. Так что хоть ты и недоучка, а сможешь мне помочь.
Она помолчала, потом сказала резко, словно рубанула топором:
- Ты сделаешь мне аборт.
6 ноября 1981 года. 22:13
- Десильва? – переспросил Ремус, чувствуя, как в лёгкие проникает холод, а в ушах звучат далёкие крики ворон. – Мария Десильва? И вторую девушку звали Дженнифер?
Квентин затянулся сигаретой и выпустил дым в ночной воздух.
- Дженнифер Кейси, – сказал он. – Я выучил все имена наизусть, прежде чем отправил газету Дамблдору.
- Их убил Гвилт, – проговорил Ремус. – Я точно это знаю.
Он рассказал Квентину о том, как крался по лесу следом за Мэттом и Финном, которые тащили завёрнутый в мешковину труп Хорнета, как подслушал их разговор. Квентин слушал его, курил, и всё сильнее мрачнел. Когда Ремус рассказал, что Мэтт и Мария собирались бежать вместе, Квентин резко побледнел и затянулся сигаретой так сильно, что чуть было не выкурил её сразу до фильтра. Выдыхая дым, он закашлялся.
- Значит, Мэтт, – пробормотал он. – Спасибо. Посмотрю, что с ним можно сделать.
- Думаешь привлечь его на свою сторону? – Ремус покачал головой. – Он не показался мне таким уж смелым.
- Попробовать стоит, – Квентин пожал плечами. Ремус улыбнулся:
- Хочешь устроить революцию, товарищ? То-то меня так напрягло, что ты пытался поймать советское радио.
Квентин рассмеялся:
- Кто бы говорил! Сам вон какую наглядную агитацию развёл! Если тебе после такого не устроят тёмную, то я в полнолуние превращаюсь в кролика.
Они здраво рассудили, что идти в дом, где теперь жили Квентин и Джин, слишком опасно – в любую минуту туда мог вернуться Адам. Они укрылись в лесу неподалёку от большого дома, где скрылись Джин и Урсула. На этом самом месте Ремус несколько дней назад разговаривал с Бобби, здесь она уговаривала его сбежать, пока есть время. При мысли о ней его охватила тоска, но в то же время мысль о том, что Бобби и Кэтрин на его стороне, странным образом его успокаивала.
За короткое время Квентин и Ремус успели обменяться важными сведениями, которые им обоим совсем не понравились. Новость о том, что его и Джин заставят в полнолуние кого-то убить, Квентин встретил молча, только ещё сильнее помрачнел. Ремус выслушал историю о побеге во Францию и о том, что там случилось, и почувствовал, как его снова охватывает бессильная злость. «Она совсем не знала нас, – сказал тогда Квентин, – и всё равно хотела помочь. Она погибла из-за нас». Он потушил сигарету и тут же вытащил вторую. Его пальцы дрожали, и так же дрожал его голос. «Мы почти вырвались. Мы почти смогли уйти. Мы были так близко».