- Один… два… три… – шёпотом считал Ремус, а ящики проплывали над растрескавшимся асфальтом и скрывались в открытой двери. Когда счёт дошёл до десяти, дверь захлопнулась, хозяин снова пожал гоблинам руки, протянул им два мешочка с деньгами, и двор опустел.
- Что ж, – проговорил Дэн, – значит, пора вызывать наших друзей.
… Бьорн и Финн появились назадолго до восьми, и хорошо: чем меньше Ремус проведёт с Финном в одном помещении, тем лучше. Оборотни молча расселись по углам комнаты, погрузились в тихое напряжённое ожидание. Ремус вспоминал все сражения и вылазки, в которые ходил со своими друзьями. Ему не впервой сидеть вот так, ожидая опасности. Перед боем время тянется невыносимо долго, растягивается, как жвачка. Даже его это поначалу выматывало, что уж говорить о Сириусе и Джеймсе, нетерпеливых, рвущихся в битву. Потом он привык к этому.
- Он уходит, – тихо сказал Дэн, бросив короткий взгляд в окно. – Выходим через пять минут.
Он первым вылез из окна, ухватившись за раму, повиснув на руках и легко спрыгнув на ящики. Бьорн подтолкнул Ремуса в спину, и тот вылез из окна следом за Дэном. Дэн уже стоял возле двери, проводил над ней волшебной палочкой, над дверью искрила и переливалась сеть защитных заклинаний. Дэн аккуратно снимал эти заклинания, распутывал сеть, пока остальные терпеливо ждали. Наконец последние искры растаяли в темноте, и дверь с лёгким щелчком распахнулась. Финн сунул Ремусу в руки спортивную сумку, прежде чем первым зайти в помещение.
- Я проверю стол, – бросил он. – Посмотри вон те ящики.
Стол, значит? Хочет сам найти весь наркотик? Ремус не стал возражать: что-нибудь придумает. Он склонился над одним из ящиков, которые принесли гоблины. Ящик был заперт на маленький изящный замок, наверняка очень сложный – сразу видно, гоблинская работа. Ремус обернулся к Финну:
- Я не смогу открыть, у меня нет палочки.
- Да чтоб тебя, – буркнул Финн и отпихнул его в сторону: – Сейчас.
Пока он колдовал над замками, Ремус тихо, незаметно отступил на шаг, поближе к столу, из которого Финн уже успел выдвинуть все ящики. В одном из ящиков лежали плотно прижатые друг к другу мешочки денег, но Ремуса сейчас интересовало только одно: Финн успел вытащить на столешницу несколько одинаковых прозрачных флаконов, один из них лежал на боку, сквозь неплотно забитую пробку просачивались капли прозрачной, как слеза, жидкости, которая алела на глазах. Ремус схватил один из флакончиков, сунул его в тот же карман, где у него лежал раскрытый мешочек из невидимой ткани, и тут Финн глухо проговорил:
- О, чёрт…
Ремус шагнул к нему, заглянул через плечо, и его самого передёрнуло – дно ящика было выстлано мягкой тканью с углублениями, а в углублениях были аккуратно сложены высушенные головы – один из самых редких и ценных ингредиентов для ритуалов чёрной магии. На несколько секунд парни замерли, с отвращением разглядывая крохотные мёртвые лица, сморщенные, как печёные яблоки.
- Ну, что у вас там? – громким шёпотом спросил Дэн. Финн встряхнулся, повернулся к двери и таким же шёпотом ответил:
- Иди сюда.
Дэн шагнул в открытую дверь, за его спиной Ремус успел увидеть силуэт Бьорна, напряжённо вглядывающегося в темноту, и вдруг раздался грохот, а фигура Бьорна потонула в ослепительном сиянии. Что-то толкнуло Дэна в спину, он упал вперёд, налетев на Ремуса, дверь захлопнулась, а снаружи раздался дикий, полный боли крик.
В первую секунду Ремус подумал, что Дэн снял не все защитные заклинания. Потом он подумал, что гоблины защитили свой товар магией, которая пришла в действие, как только Финн открыл ящики. Но потом он услышал, как за дверью кричат несколько голосов, выкрикивая ругательства и заклинания вперемешку, и понял: они попали в засаду.
- За Фенрира! Покажите им, парни! – проревел кто-то. Оборотни Сивого! Только не это…
Дверь снова распахнулась, в комнату ворвался Бьорн. Одежда на нём горела, он кричал не переставая. Дэн бросился к нему, пытаясь взмахом палочки погасить огонь, но тут в дверь ворвались ещё несколько тёмных фигур.
Завязалась отчаянная схватка. Ремус схватил с полки какую-то банку, опустил её на голову оборотня, попытавшегося схватить его. Банка лопнула, по бородатому лицу потекла какая-то резко пахнущая слизь. Оборотень взвыл, прижал ладони к глазам и отпрянул. Ремус бросился в сторону, налетел на ящик с головами и опрокинул его, головы покатились по полу. За его спиной Дэн, укрывшись за перевёрнутым шкафом, отражал атаки оборотней, Финн затащил туда же Бьорна и погасил огонь на его одежде.
- Быстро сюда! – закричал Дэн. Ремус рванулся к нему, но тут же на него кто-то бросился сверху, перевернул его на спину.
- Один есть! – заорал оборотень, сдавливая одной рукой шею Ремусу, другой шаря по его карманам – наверное, искал волшебную палочку. Ремус врезал ему кулаком в лицо, один раз, другой, чувствуя, как под костяшками хрустнул нос, как перед глазами темнеет от недостатка воздуха, как цепкие пальцы обхватывают мешочек с Лакримой и вытягивают его из его кармана… Над его ухом Финн громко крикнул: «Ступефай!», темнота перед глазами Ремуса окрасилась алым светом, и оборотень, державший его, метнулся в сторону, спасаясь от Оглушающего. Заклинание Финна попало в большой шкаф, стоящий у стены, шкаф заскрипел, заваливаясь вперёд… Из последних сил Ремус пополз куда-то вслепую, не разбирая дороги. Кто-то схватил его за руку и потащил вперёд, Ремус забился, пытаясь освободиться, но понял, что это Дэн. Дэн пришёл ему на помощь вовремя – едва он успел оттащить Ремуса, как тяжёлый шкаф упал. По полу разлетелись обломки стеклянных дверей, банок и пузырьков с зельями. Финн высунулся из своего укрытия, отбивая заклинания сразу трёх противников, и в свете вспышек Ремус увидел, как из-под опрокинутого шкафа течёт тёмная кровь. Там, под шкафом, лежал мёртвый оборотень, сжимая в кулаке мешочек из куска мантии-невидимки, мешочек с флаконом Лакримы.
- Парни, хватайте Бьорна – и ходу, я прикрою! – заорал Дэн, высовываясь из-за шкафа, чтобы ударить красным лучом по оборотням. Те ловко метнулись в стороны, ответили Дэну дружным издевательским смехом. Смех этот показался Ремусу лающим, визгливым, как смех гиен. Он понимал, почему они смеются – они заняли позицию у двери, Финн и Ремус никак не могли бы пробиться мимо них, тем более с раненым на плечах. Бьорн застыл неподвижно – кажется, потерял сознание. От него исходил ужасный запах обгоревшей кожи и волос. Финн скорчился рядом с ним, стиснув палочку в побелевших пальцах, закусив губу, глаза сверкали в темноте. Ремус подполз к Бьорну, окинул его взглядом – может, у него есть палочка, которой он мог бы защититься? – но ничего не было. И тут ему в голову пришла идея.
- Прикрой меня! – крикнул он, хлопнув Дэна по плечу, и рванулся в сторону, пригнувшись от заклинаний, которыми его тут же начали осыпать оборотни.
- Куда?! – прокричал Дэн, но тут же вскинул палочки, вызывая Протего. Под прикрытием волшебного щита Ремус подлетел к тяжёлому столу с выдвинутыми ящиками и схватил с него один из пузырьков Лакримы, сунул его во внутренний карман куртки. Потом он прижался к столу спиной, уперся ногами в стену и, собрав все свои силы, толкнул его.
Будь сейчас начало или середина лунного цикла, у него ничего бы не получилось. Но до полнолуния оставались считанные дни, и физическая сила оборотня превышала человеческую. И всё-таки Ремус закричал и заскрипел зубами от невыносимого напряжения, прежде чем ножки стола оторвались от пола, и стол медленно завалился назад, на ещё один шкаф, толкая его с места. Оборотни у двери взвыли, снова метнулись в сторону, но было поздно – их крики утонули в грохоте и звоне. Тяжело дыша, Ремус приподнялся на ноги, но тут же упал – в шкафу находилось что-то горючее, у дверей вспыхнул шар зелёного пламени, взрывной волной Ремуса отбросило на стену.