Она и сама не знала, почему решила спровадить ведьмака. Могла лишь точно сказать, что его уверенность в своих силах, спокойствие, несмотря на то что он буквально вчера валялся от вида крови у нее в ногах, и налет шалопайства сегодня очень раздражали. Виной тому служил в основном недосып. И лишь каплю сам ведьмак.
Чтобы еще больше не раздражаться, Нея перевела взгляд на женщин и все же спросила:
— Скажите, а вы слышали о том, что случилось с вашим соседом?
— А что с ним? — буркнула та, что помладше.
— Его волки задрали, — жестко ответила хозяйка дома, переставая вытирать слезы. — А эти забирают с собой! А ему надо дома умирать, рядом со своей семьей!
— Он не умирает, — сказал Эзра. — Он серьезно ранен, но его можно спасти.
Все женщины разом нахмурились, но промолчали.
— Значит, вы не знали, что сосед ранен? — уточнила Нея, и женщины синхронно отрицательно покачали головами. — А слышали что-нибудь дня два назад, вечером? Вой или крики?
— Вой у нас каждый вечер, а то не знаете, — слишком резко бросила старшая женщина и обратилась к хозяйке: — Гель, тебе помочь чем?
— Уже ничем не поможешь, — ответила та, всхлипнув.
Соседки со спокойной совестью сказали, что ждут ведьмака на улице, и вышли.
Нее опять оставалось только скрипнуть зубами.
Местные ее недолюбливали. Особенно женщины. Ее боялись. Все же магов здесь увидели всего два года назад, когда шла осада заставы и разгоралась война. Так что боялись осознанно, зная, на что способно колдовство. Но хуже того, Нею осуждали. За короткие волосы, что для местных женщин считалось позором, и за Свена.
Высокий, плечистый скертанец предпочел жесткую Нею со шрамами, а не мягких и румяных деревенских женщин. Именно тогда это началось. Злобные взгляды, ответы сквозь зубы, но Харт обычно это не волновало. А вот сейчас она жалела, что не смогла поладить с местными.
— Так. Это надо давать каждый час по три капли, можно разбавлять водой. Воды вообще надо больше. А вот это дайте полную столовую ложку через три часа. — Ведьмак деловито протянул Нее две склянки, и она от неожиданности взяла. — Ну, не скучайте. Я скоро… Только разберусь, где у коровы вымя.
И, тяжело вздохнув, Эзра вышел из дома, оставив Нею смотреть на пузыречки в своих руках.
Раненый так и не пришел в себя. Он даже не стонал, но ему явно не становилось хуже. Нея дважды заходила лично и контролировала то, как один из солдат поит его зельем. Конечно, ее бы позвали, если бы мужчина очнулся, но она приходила сама и таким нехитрым образом давала себе передышку.
Стоило вернуться на заставу, к ней прилетел вестник с указаниями от коменданта. Ей приказали провести инвентаризацию, пока не приехал королевский чиновник. Сам начальник «крепости» тоже собирался в дорогу, но шансов, что он прибудет раньше незваного гостя, не было. Так что все ложилось на плечи лейтенанта.
Нея взяла списки с прошлой инвентаризации, позвала Вирша и приступила к пересчету казенного добра.
Начали с оружейной, пристроенной к дому коменданта. Там управились за пять минут. Из десяти ружей четыре штуки находились на руках у патрульных и дозорных, а защитные амулеты висели у каждого солдата на шее. И по факту они с Виршем проверяли только запас зарядов.
Потом перешли через двор и вычищенный плац к зданию казармы, где в отдельном отсеке хранились белье и запасная форма. После обошли общую столовую и кухню. Вирш недвусмысленно поглядывал на солонину, но под суровым взглядом лейтенанта Харт прекратил лобызать глазами кусок говядины.
Наконец они направились в подвал с провизией, в котором любая инвентаризация задерживалась на неопределенный срок.
По правилам вместе с лейтенантом пересчетом казенного имущества должен был заниматься ответственный сержант. Но Милкота Нея отправила к дозорным, в кои-то веки ничего никому не объясняя. Приказ, и точка. Просто на морозе, по ее мнению, из головы любого солдата должны выветриваться мысли, в том числе те, в которых сержант держится за ее грудь.
Поэтому она пересчитывала мешки и бочонки вместе с Виршем. Он был ниже ростом, и Нее самой приходилось заглядывать на верхние полки. Но он, в отличие от Милкота, обычно молчал, что полностью устраивало лейтенанта. Хотя будь он чуть выше, она была бы не против.
К тому моменту, когда они пришли в подвал, уже давно прошел обед. Но Нея не прерывалась. По ее расчетам, королевский чиновник должен прибыть завтра. И лучше предоставить ему все документы и доказать, что на заставе порядок. Почти. Камни не в счет.
— Хм, не хватает мешка пшена, — сказала Нея, еще раз проверяя все полки.