Она забежала за дерево и чуть не въехала носом в огромный сугроб, приостановилась и обогнула его справа.
Ведьмак оказался прямо перед ней. Он поглаживал кобылу, которая усердно лизала снег. Но что больше удивило Харт, которая эту местность излазила вдоль и поперек, здесь была дорога! За этим странным сугробом, который на поверку оказался валуном, пряталась узкая тропа, почти незаметная зимой. Но сейчас на ней четко просматривались следы волков.
В спину Нее врезался возница, и она по инерции налетела на ведьмака. Худой парень почти не пошатнулся.
Почему-то это заставило ее вспомнить о словах Олмера. Точнее, о его подозрениях. Ничего особенного в том, что хрупкий с виду мальчик выдержал налетевших на него людей. Но Нея за последние два дня слишком часто думала, насколько он непрост. На злоумышленника был по-прежнему не похож, только вопросов к нему становилось все больше.
— Как вы поняли, что лошадь поскакала сюда? — спросила Нея, обходя Эзру.
Она стремилась заглянуть ему в лицо, но ведьмак занимался исключительно кобылой и был довольно зол.
— Почувствовал.
— Ясно, — сказала она, хотя все стало еще запутаннее. — Знаете, почему она шла сюда?
— Из-за снюта. — Он продолжал сосредоточенно гладить кобылу.
— Что это?
— Стимулятор. Его дают крошечными дозами лошадям, чтобы те лучше переносили длинные дороги. Ты же давал? — Парень повернулся к вознице.
Сухонький мужчина посмотрел исподлобья:
— Все дают. Никто без него не ездит в обозах.
Ведьмак прекратил гладить лошадь и развернулся к вознице:
— А сколько давал?
— Сколько и все. Щепотку раз в день.
— Врешь.
— Да на кой мне врать-то?
— Чтобы воровать камни? — предположил Эзра.
— Я?!
И ведьмак, и возница одновременно шагнули друг к другу.
— Объясните по порядку. — Нея просунула между ними руку, отодвигая ведьмака. — С чего вы решили, что возница врет и почему это связано с камнями?
— Здесь все связано с камнями, если вы не заметили, — ответил он с усмешкой. — Вы голову ломали над тем, как бандиты уводят повозки. Вот вам ответ. Увести телегу легко, если лошадь почует снют. Обычно животные к нему относятся не лучше и не хуже, чем к простой еде. Но если лошади дают его постоянно и большими дозами, появляется зависимость, почти как у любителей опиума. И конкретно эта кобыла без снюта жить уже не может.
— Я давал ей одну щепотку! — снова возмутился возница.
— В общем, лошадь почуяла снют и свернула, — закончил ведьмак. — А вместе с ней и повозка. По-моему, отличный способ тихо увести камни.
— Лошадь-наркоман, — пробормотала Нея, полагая, что возницу лучше бы отдать Олмеру. Даже если давал животному всего щепотку, за лошадь отвечал именно этот коренастый мужичок. Значит, с него и спрос.
Она прошептала заклинание аркана и накинула петлю на его локоть.
— Эй! — возмутился он.
— Дернетесь, и руку оторвет, — спокойно соврала она и обратилась к ведьмаку: — Значит, вы думаете, что телеги уводили именно так. Но это все не надежно, не находите? Предположим, другие лошади никак не реагируют на снют. Но ведь та, которая его любит, могла оказаться в середине обоза. Тихо свернуть уже не получилось бы. И возница мог поднять шум, если только…
— Ему не заплатили, — закончил ведьмак, разглядывая мужичка. — Хотя…
— Да вы что!
— Если бы заплатили, он бы сам тихо увел телегу, без снюта, — закончила Нея за ведьмака, и тот кивнул.
— Да ни при чем я! — крикнул возница, но, помня об аркане, рукой почти не шевелил. — Мне и так хорошо платят. Да и кому нужны эти камни?
— За два таких камня можно купить приличный домик неподалеку от королевского дворца, — сказал ведьмак.
Возница икнул и резко опустил руки. Аркан чуть дернулся, но он и не заметил. Мужчина побледнел, вероятно, представляя, сколько «домиков» он перевозил на телеге.
И кобылу он не закармливал снютом, и сам мало понимает в происходящем… и что остается?
— А лошадь точно ваша? — вдруг спросила Нея без особой надежды.
— Моя, вон и уши с пятнами, и на ноге… — Вознцда замолчал, внимательно рассматривая левую заднюю ногу кобылы. — Постойте.
Он наклонился, посмотрел с одной стороны, с другой.
— А где пятно у копыта? — растерянно уточнил он.
Нея и ведьмак тоже взглянули и не обнаружили даже намека на что-то, кроме снега.
— То есть не ваша?
Мужик почесал подбородок, чуть прошел вперед, наклонился, заглянул в морду лошади, лижущей снег.
— Не моя, — без особой уверенности сказал он.
Вы с ней почти две недели и не уверены? — спросила Нея.