Человек может еще и не дожить до встречи с Богом и все-таки любить мир, благодарить за чудо жизни, любить людей и все живое, быть добрым и праведным. Как Иов. И его могут ждать такие же страшные испытания, как и библейского Иова.
Здесь уже не раз говорилось о том, как долго и верно оправдывали Бога друзья Иова. Оправдывали Бога и обвиняли Иова. И почему Бог встал на сторону отчаявшегося, проклявшего день своего рождения Иова, а не на сторону его благочестивых друзей – до сих пор остается неясным очень многим людям. Дело в том, что Бог говорит с сердцем, а не с разумом. На доводы разума ответит разум. А Бог предстанет только открывшемуся настежь сердцу. Сердце Иова кричало. Сердца его друзей молчали. Они не дошли до предела всех разумных доводов, а Иов перешел этот предел. И только там, за этим пределом, может произойти встреча с чем-то большим, чем весь ты, ты – отдельный человек. Встреча с мировой всецел остью. С Богом. Эта встреча перевернула сердце Иова. И он понял, что не вправе спрашивать. Его долг отвечать перед Тем, Кто дал ему жизнь. Но ведь Иов не раз говорил в прошлом во время страшных бед: «Бог дал, Бог взял. Все – от Бога!». И не роптал. А вот теперь возроптал. Что Бог хочет от него еще?
То, о чем он и не смел помыслить раньше: – Богоподобия. Сотворчества. Способности отвечать за все.
Творец жизни – не кто-то внешний, не предмет среди предметов (пусть и высший). Творец этот слит с ним – творением, влит внутрь него. Он дал ему нечто большее, чем эта короткая жизнь, – способность к росту, к единению с Бесконечностью. Иов должен был ощутить свою внутреннюю бесконечность и отвечать, а не спрашивать.
Но что такое мой ответ? Чем я могу ответить Богу? Ростом души. И этот рост начинается с сознания своей малости. С сознания своего бесконечного неоплатного долга перед жизнедавцем. Никаких заслуг у меня нет. Даже если я – человек – безгрешен перед людьми, я не безгрешен перед Богом до тех пор, пока не стал его со-трудником, со-творцом.
Не Ты мне, а я Тебе должен. С этого начинается рост, тот таинственный рост души, который кончается воскресением. Как это понять?
Дорасти до Бога… Это посильная нам задача, ведь мы созданы по образу и подобию… Богоподобие еще вовсе не достигнуто нами. Мы переходные существа между зверем и Богом. И помочь Богу – значит осуществить Его замысел о нас.
Быть глиной в Его руках. Дать Ему творить нас. Не мешать Ему.
Вот первая наша обязанность.
Очень надеюсь. Но быть уверенной не могу. Стараюсь, это точно. Изо всех сил стараюсь не мешать Ему. Потому что творить жизнь истинную умеет только Он. Он сотворил всю природу – небо, землю, деревья, горы, воды. И вся природа есть Его слово, обращенное к Душе. Он говорит красотой природы, своих слов и своей воли у природы нет. Сквозь природу проглядывает Бог. Деревья и воды никогда не мешают Ему, не заслоняют Его собой. А у нас есть воля, которая очень часто выражается в том, чтобы утверждать свое малое «я», эго, мешая огромному вселенскому «я». Мы, в отличие от деревьев и рек, можем творить.
Ну вот мы и натворили…
Как Бог создает мир, я не знаю, потому что ум этого познать не может. И на вопросы «где?», «как?» и «почему?» волшебники не отвечают. На все вопросы, направленные вовне, волшебники не отвечают. Хотя именно на них и только на них отвечает наука, та, что изучает внешний мир, материю, а не Дух.
Дух изучению не подлежит. Его не изучают извне, а вдыхают внутрь. И познают только изнутри. Так вот, с тех пор, как создан человек, он создан для того, чтобы вмещать творящий Дух, обращаясь только внутрь. Вмещать Дух – вмещать мир, вершить единение, исцеление раздробленного организма бытия. Такое вмещение внутрь есть зачатие. С него начитается любое творчество, которое, в отличие от простой деятельности, есть всегда зачатие, вынашивание, рождение – воплощение Духа, от которого душа зачала.