— Вы ведь впервые здесь? Тогда позвольте рассказать вам об этом доме.
— Расскажите, — улыбнулась Марина.
Если о Лимее писали в каждом здешнем учебнике истории, то этот дом, видимо, всегда оставался частным владением, хоть и был построен немногим позже Пале-Вьевилля. Три этажа, подвал — два уровня, большая кухня, на втором этаже бальная зала, гостиная и столовая приличных размеров, человек так под сотню можно разместить легко. Плюс несколько гостиных поменьше.
— А куда делись дети? — Марина поняла, что не видит их и не слышит.
— Они на третьем этаже, пойдёмте.
15
Третий этаж занимали личные комнаты семьи, и конечно, по ним никаких экскурсий не водили. Но над бальной залой располагалась просторная комната, по стенам которой в шкафах лежали и стояли игрушки. По полу змеилась железная дорога, но она оказалась невелика, а вот развесистая автодорога внушала уважение. Дорожные знаки, светофоры, железнодорожные переезды, мосты и тоннели, и сейчас как раз по автодороге вели несколько машин на радиоуправлении юный принц Анри, брат Одетт Лионель и Соня. Кажется, это было что-то вроде гонок, по каким-то там правилам. Дети сосредоточенно боролись с техникой, а остальные болели за них — Одетт, Луи, Лаура и ещё пара неизвестных Марине девочек и мальчик. Ой, а с другой стороны от всей конструкции стоял молодой человек — не старше тридцати, а то и помладше, сияющий, позитивный, с элегантными светлыми кудряшками, и увлечённо подсказывал детям, куда рулить.
— Дядюшка Жиль, так не честно! — заверещал принц Луи. — Анри же проиграет! Не помогай им магией!
— Да ладно, — деланно изумился парень, — какая ещё магия?
— Это ваш младший сын, так ведь? — тихо спросила Марина.
— Он самый, — кивнул принц. — Он не озаботился собственными детьми, но отлично контактирует со всеми племянниками.
— Раньше его не было на детских сборищах.
— Он служит в военной разведке, — усмехнулся принц. — И прибыл в отпуск.
Что? Этот… золотой мальчик? Марина вспомнила его — тогда, давно, на том самом фестивале он обеспечивал магические эффекты для группы сестры, и они тогда победили.
Видимо, на её лице было всё изумление этого мира, потому что принц снова усмехнулся и пояснил:
— Знаете, я бы тоже не додумался направить его… в такую сторону. Это идея Вьевилля. И она полностью оправдала себя, верите? Я так понимаю, что исключительные умения в поиске информации уже завели моего сына не вполне туда, куда было бы нужно, но вмешался Вьевилль и определил его к своему дяде. Тот тоже не сразу понял, что такое получил под начало, но разобрался и стал ставить Жилю задачи по силам. Он, знаете, гений поиска информации, — лицо принца сияло от гордости. — И это сказал не я, а совсем другие люди, которые раньше меня и лучше меня смогли разглядеть суть Жиля.
Это что, принц в ошибках признаётся, что ли? Так бывает?
Тем временем победил как раз Анри, дети завопили, что следующий раунд, и будут играть Одетт, Луи и кто-нибудь по жребию. Принц Жиль тут же при помощи какой-то смешной считалочки определил, что по жребию участвует Лаура, и названные побежали устанавливать машины на старт. А принц с Мариной отправились вниз.
В гостиной и впрямь были только члены семьи — Вьевилль и Катрин, Франсуа и Агнесс, между Анриеттой и мужчиной с неоново-зелёными короткими волосами зевала на диване маленькая девочка. Слишком маленькая для того, чтобы играть с остальными наверху, как поняла Марина, она явно не справится с машиной на радиоуправлении. Видимо, это там самая Анна, младшая дочка Анриетты.
Марину радостно приветствовали, её познакомили с Анной и с папой Анны — доктором Луисом Риарио, усадили поближе к камину и выдали сок и крохотные закусочные бутерброды.
— Это здорово, что вы пришли, Марина, — говорила Катрин. — Одетт немного вынесла нам всем мозг — где там уже Софи и почему они вынуждены общаться только по зеркалу, ведь по зеркалу не поиграешь.
— Да, Анри тоже спрашивал, когда Софи придёт в гости, так что его величество Луи очень хорошо сделал, когда позвал вас, — вторила ей Агнесс.
Дальше говорили о детях, о наступающем Рождестве и конце года, о делах и планах. Ужин подкрался незаметно, общество переместилось в столовую — тоже не самую большую, как раз на такую компанию, и туда Жиль привёл всех детей.