Выбрать главу

С. 147. Ища литературных источников этого романа (помимо того материала военных записок и мемуаров, сопоставлению которых с «Войной и миром» посвящена книга В. Б. Шкловского), я сделал своего рода «открытия», о которых предваритель­но сообщаю в последней главе. — Имеется в виду книга В. Б. Шкловского «Матерьял и стиль в романе Л. Толстого "Война и мир"» (М.: Федерация, 1928), которую Э. читал еще в рукописи. Первая реакция Э.: «... я прочитал. Правильно» (22 февр. 1928 г. — ВТЧ. С. 114). В сент. 1928 г. Э. писал Шкловскому: «Книгу получил и читаю, есть беспорядок, есть места усталые, но есть и много замечательного — та­кого, что не может быть нигде и ни у кого, кроме тебя. Главное — показать во всей остроте генезис и разницу между ним и историей — удалось очень и должно пора­зить в самое сердце»; «Мы с тобой очень интересно перекликаемся в книгах...» (Из переписки Ю. Тынянова и Б. Эйхенбаума с В. Шкловским / Вст. заметка, публи­кация и коммент. О. Панченко // BJI. 1984. № 12. С. 190-191. О различии между генезисом и эволюцией см.: ПИЛК С. 526). «Переклички» между книгами Э. и Шкловского касаются прежде всего вопроса о роли Толстого в литературной жиз­ни в 1850—1860-е гг.: в исследовании Э. этот вопрос — один из центральных, ему же посвящена первая глава монографии Шкловского «Лев Николаевич Толстой в эпоху написания "Войны и мира"». По мнению Шкловского, «Лев Николаевич Толстой — самый помещичий писатель», «вообще, он проходил в русской литера­туре стороною, но к шестидесятым годам этот писатель, которого всегда, упоминая, оговаривали как явление забытое, или как явление, не отмеченное критикой, этот писатель был забыт на самом деле» (Шкловский В. Б. Матерьял и стиль в романе Л. Толстого "Война и мир"». С. 13), «это был человек отдельный от своей эпохи, правда, живущий в ней, но отдельно, со своей отсталой группой» (с. 16). С выводами Шкловского Э. был в корне не согласен: «...книга замечательная отдельными гла­вами и местами, но замечательная Шкловским, борьбой Шкловского и Толстого, радостью Шкловского, который входит в дом Толстого без всякого страха и хло­пает его по плечу. Толстой очень много думал, конечно, больше, чем читал. Что значит "человек стержневой своего времени"? Чернышевский, Тургенев были очень "стержневые" и знали и читали очень много. Толстой был сложнее, хитрее, крупнее по натуре, готовил себе 60 лет работы. В 50-х и 60-х гг. он, конечно, "бо­ковой", но не просто. Он ищет власти, а не литературы. Нет, он — не "дворянчик"» (28 апреля 1929 г. — Из переписки Ю. Тынянова и Б. Эйхенбаума с В. Шкловским. С. 201).

По-разному Э. и Шкловский решали проблему источников романа-эпопеи Толстого, главный пункт их расхождений — сочинение Прудона «Война и мир». Интересно, что в одной из рецензий на книгу «Матерьял и стиль в романе Льва Толстого "Война и мир"» позиция Шкловского критикуется с опорой на мнение Э.: «...тезис Шкловского о сущности источников "Войны и мира" уже в значительной мере опровергнут работой Б. Эйхенбаума, давшего крайне любопытные и правдо­подобные указания (они будут, по-видимому, развернуты во втором, еще не вы­шедшем томе "Л. Н. Толстого") на значение для романа книги "Война и мир" Прудона... и ряда работ о Наполеоне» (Николаев Я. Рец. на кн. В. Б. Шкловского «Матерьял и стиль...» // На литературном посту. 1929. N° 7. Апрель. С. 73).

С. 148. «Литературный быт» частично привел меня к изучению биографического материала, но под знаком не «жизни» вообще («жизнь и творчество»), а исторической судьбы, исторического поведения. Таким образом, биографический «уклон» явился как борьба с беспринципным и безразличным биографизмом, не разрешающим исторических проблем. — Вопрос о биографии писателя как предмете литературоведческого изу­чения в 1920-е гг. был очень актуальным, широко обсуждавшимся в печати (см.: Томашеский Б. Литература и биография // Книга и революция. 1923. № 4 (28). С. 6-9; Коган П. Пролог. Мысли о литературе и жизни. М.; Пг., 1923; Переверзев В. Социальный генезис обломовщины // Печать и революция. 1925. № 2; Луначар­ский А. Предисл. // Критические этюды. Западноевропейская литература. М.; JL, 1925; Лелевич Г. Марксистское литературоведение и биография художника // Звез­да. 1926. № 3. С. 181-188; Фохт У. Биография в литературоведении // Печать и революция. 1928. Кн. 8. С. 15-27; Кубиков И. Вопросы марксистского литературо­ведения // Родной язык и литература в трудовой школе. 1928. № 1; Полянский В. Основные вопросы современного литературоведения // Научное слово. 1928. № 2; Переверзев В. Необходимые предпосылки марксистского литературоведения // Литературоведение / Под ред. В. Переверзева. М., 1928; Гроссман-Рощин И. Те­зисы о биографическом элементе в марксистском литературоведении // На лите­ратурном посту. 1928. N° 17).