Инга чуть перегибается через стену, упираясь в неё ладонями. Старается получше рассмотреть скалы, покрытые мелкими цветочками, которые по большей части сливаются в единое полотно, не позволяя понять, какие они по отдельности. Жаль. Инга бы не отказалась поставить у себя в комнатушке вазочку с такими цветочками. Это бы хоть как-то сделало обстановку там более живой… Если пройти вдоль стены чуть дальше на юг, то можно добраться до каменоломни, где отбывает очередное наказание придурок-Царёв… Который ничему не учится. Определённо. Впрочем… пока что, наверное, не стоит с ним сближаться. Хотя…
Инга морщится, вспоминая, как хозяйка поместья ещё в первый день сказала, что между ними высокая степень родства. Примерно, как между сиблингами… На этом моменте хочется передёрнуть плечами — быть сестрой этого придурка явно не то, о чём Инга хоть когда-то могла бы мечтать. Но, увы, именно братом и сестрой их теперь и воспринимают вокруг.
Но, быть может, на правах «сестры» получится привить ему хоть немного понимания? Мозги, конечно, вряд ли отрастут, но мечтать никто не запрещает ведь? Ну, хотя бы вбить в пустую голову, что вести себя настолько по-идиотски — опасно для жизни и здоровья!
Но конкретно сейчас видеть его нет ни малейшего желания — слишком уж хороший вечер, чтобы портить его встречей с… тем более, что он же демонстративно будет делать вид, что не замечает её! Инга смотрит на зеленоватую полосу там, где не так давно скрылось солнце, и вдыхает слабый пока что аромат начинающих распускаться ночных цветов. Она прикрывает глаза.
И тут же распахивает их, услышав шаги с северной стороны. Там, где располагаются ворота, ведущие к подъёмнику… Инга чуть поворачивает голову — ровно настолько, чтобы можно было смотреть краем глаза, не выдавая себя — и видит ту самую девчонку, из-за которой они с придурком тут оказались.
Внучка хозяйки поместья. Которую, кажется, наказали за её выходку?.. А, да. Тогда же, когда в первый раз за то время, что Инга тут находится, в кухню сослали в наказание Эттле. Инга прищуривается и чуть кивает, одобряя решение хозяйки. Подобные глупости спускать с рук попросту нельзя. Иначе в следующий раз девчонка вполне может сотворить что-то похуже.
Девчонка только теперь замечает, что не одна, и испуганно охает, отшатываясь. Инга медленно поворачивается, стараясь улыбнуться настолько наивно, насколько хватит актёрского таланта…
— Доброго вечера, госпожа, — неуверенным тоном начинает она. Не в последнюю очередь и потому, что не помнит, как именно нужно обращаться к хозяевам. За то время, что она работает посудомойкой… и не только ей… Инга ни разу не встречала никого из хозяев. Даже эту вымороженную Тэйе, что является старшей над слугами дома, удалось увидеть от силы пару раз. Да и то — издалека. Не, Инга не жалеет об этом. Достаточно и того, что она видела её в первый день стоящей за левым плечом хозяйки с ошейником и браслетами…
— А… а, это ты! — хриплым голосом, в котором ясно чувствуются недавние слёзы, произносит девчонка. И что это? С родителями поссорилась или любовная драма? Что там у подростков бывает в таком возрасте?.. И как это обратить себе на пользу?.. — Как… как ты? Я…
— Не так плохо, как могло бы быть, — честно отвечает Инга, выбирая вариант, что девчонка поинтересовалась её самочувствием и так далее. Ну… если сравнивать с придурком, то она действительно прекрасно сейчас живёт! Не считая того, что рано или поздно… скорее, всё же рано… кожа на руках огрубеет от постоянной возни с водой. Как-то бы выспросить, существуют ли тут средства для смягчения кожи… у кого только? — У вас что-то случилось?
Девчонка уклончиво пожимает плечами и старается улыбнуться. Выходит достаточно жалко. Инга окончательно отворачивается от пропасти, опирается на стену выставленными назад локтями — хорошо, что рукава рабочего платья достаточно плотные, чтобы не бояться содрать кожу о неровности камня — и откидывает голову, чтобы посмотреть на небо с крупными звёздами. Молчит. Успокаивать она не умела никогда. Ни маму, которая старалась не показывать слабость, ни сестру, давившую по большей части на жалость. И не видит смысла в том, чтобы учиться этому сейчас. Зачем? Попытаться вытянуть из девчонки проблемы? А нужны они ей? Нужны, конечно. Хотя бы чтобы обратить их себе на пользу, но… Впрочем, стараться изображать из себя что-то, кажется, даже не так уж и нужно. Потому что девчонка, помолчав и шмыгнув носом пару раз, сама начинает вываливать свои проблемы. Инга не понимает подобных приступов откровенности. С посторонними. Тут даже от родни порой за подобное может прилететь в самый неожиданный момент, а эта — откровенничает перед посторонней! Совсем мозгов, по-видимому, нет.