— Она… не очень хороший человек, — Алексей вертит головой в поисках нужных слов и натыкается на удивлённый взгляд служанки. И сразу же отводит глаза. Кажется, и служанка тоже с крысой успела пообщаться. И явно тоже посчитала её… не тем, кем надо. Алексей вздыхает, не надеясь, что ему удастся донести свою мысль. Но всё же он попытается. — Мы… работали в одном месте, и вышло так, что она заняла место, которое должно было достаться мне.
— Вот как? — Лийнира останавливается рядом с корягой и начинает что-то искать. — Но, быть может, те, кто назначил именно её, посчитали, что она лучше справится?
— Нет! — резко отвечает Алексей, чем заставляет служанку вздрогнуть. Потом она ещё и отходит от него подальше. — Просто она — женщина. И начальник…
Договорить он не успевает — из ущелья показывается голова… Алексей застывает, не до конца веря в то, что видит. Даже при том, что в последние несколько десятков дней он только и делал, что постоянно контактировал с чудовищами, которые, впрочем, были достаточно тупы и совершенно неагрессивны, то, что он сейчас видит… И ведь не сказать, что это — то, что уже наполовину вылезло из ущелья — особенно уродливо. Но страх заставляет застыть на месте. Странно, что не сбежать…
Сбоку раздаётся всхлип оседающей на землю служанки, а Лийнира поднимает голову, отвлекаясь от поисков чего бы то ни было, и начинает медленно пятиться назад. Алексей пересиливает себя и тоже делает шаг назад. И застывает, понимая, что только что решил сбежать, оставив вместо себя двух женщин. Он, конечно, всегда признавал, что является трусом, но…
Первый же удар когтей заставляет его покатиться по земле. И, собственно, это единственное, что он вообще успевает сделать. И теряя сознание, Алексей только видит, как Лийнира швыряет в чудовище что-то, что как будто бы существует и не существует одновременно.
Магия?
***
Инга понятия не имеет, почему ей сейчас тревожно. Как будто бы что-то вот-вот должно произойти — или уже произошло. И это что-то явно не то, что ей понравится. Только вот если подумать, ничего, что могло бы хоть как-то испортить жизнь, Инга не может вспомнить. Ну, в самом деле! За последние дней десять, что прошли с первого разговора с эйн Лийнирой, не было ровным счётом ничего, что… Наоборот — общение с внучкой хозяйки поместья рано или поздно принесёт результаты. И Инга ни капли не сомневается в том, что результаты будут приятными. Девчонка всё же слишком доверчива, учитывая то, что остальные члены её семьи вообще ни капли не впечатлены тем спектакле, что Инга пытается играть. Не то, чтобы они часто пересекались, но и тех нескольких моментов Инге достаточно, чтобы сообразить — что к чему. Впрочем, можно надеяться, что любовь к дочке-внучке перевесит скептицизм. Хотя бы частично. Тем более, что Инга же ведёт себя образцово… в отличие от этого придурка, конечно… Но в любом случае с этой стороны она не ожидает ничего плохого.
Но тогда — что?
Она вздыхает и заставляет себя сосредоточиться на работе. В последнее время ей стали доверять что-то большее, чем бесконечное мытьё посуды. Конечно, уборка комнат тоже не выглядит такой уж заманчивой работой, но по крайней мере не приходится постоянно торчать в кухне среди поваров и прислуги. Которые, надо думать, даже не будь запрета на посторонние разговоры, не снизошли бы до бесед с ней… По крайней мере — вне рабочего времени, то есть, по вечерам, они упорно делают вид, что Инги не существует. Исключая Эттле и ещё парочку девушек. Так что вне кухни хотя бы какое-то разнообразие присутствует. Например — можно во время уборки библиотеки заглянуть в пару-тройку книг… и тут же закрыть их, понимая, что к способности понимать речь местных к огромному сожалению не добавилось умение читать! А было бы неплохо…
Попросить что ли эйн Лийниру научить её?
Возможно. Это вполне впишется в тот образ, который она пытается создавать. Инга кивает сама себе и принимается за уборку. Сегодня ей досталась одна из комнат, которые, как она слышала, не используются большую часть времени. И она прилегает к галерее, через которую можно попасть в старую часть поместья. Остановленную, как Инга слышала от Эттле… которая, впрочем, так и не смогла объяснить, что это означает. В ту самую часть поместья, которая… Увы, сейчас она заперта. Магией. И это значит, что добраться туда не получится при всём желании. А жаль. Возможно, там получилось бы найти способ вернуться, пусть хозяева и утверждают, что это невозможно.
Вот за то, что Лийнира вытащила их с придурком-Царёвым сюда, её следовало бы выпороть! Инга сжимает губы, чтобы не выругаться в голос. Всё равно в этом нет никакого смысла. Только вот перестать думать о прошлом не получается. Особенно если учесть, что большую часть времени она находится наедине с собственными мыслями. Она встряхивает головой, заправляет за ухо слишком короткую, чтобы можно было убрать в пучок, красную прядь волос и заставляет себя сосредоточиться на уборке. И не думать о… лишнем.