— Я хочу сбежать, — последовав примеру дяди, ещё резко меняет тему Лий. Дядя фокусирует немного поплывший от начавшего действовать наркотика взгляд. Лий давит поднявшееся в душе раздражение на гробящего себя дядю. — Если Фирр…
— Кто? Это недоносок? — грубо и пренебрежительно уточняет дядя. — Забудь. Он тебе совершенно не подходит.
— Он или его семья? — Лий скрещивает руки на груди, наплевав на то, как это жест выглядит со стороны. Дядя не может оскорблять Фирра! Тем более, что он вообще его не знает.
— Я похож на того, кто говорит о выгоде семьи? — картинно удивляется дядя, принимая более расслабленную позу. Лий, поколебавшись, садится на подоконник. Так она оказывается выше дяди, хотя, в принципе, и весь разговор смотрела на него сверху вниз… только вот это мало что даёт. — Он — хлыщ, заботящийся только о своей репутации дуэлянта и любовника. Представь себе, на что будет похожа твоя жизнь рядом с ним.
— Неправда! Он не такой! — Лий подаётся вперёд в стремлении отстоять свою точку зрения и чуть не падает. Дядя снисходительно улыбается. Ну, правда! Фирр не такой. Он… он добрый. И внимательный. И… и дядя его вообще не знает! Неужели по его мнению этот Рино предпочтительнее?! — Если бы ты познакомился с ним поближе…
— Я его видел. Пару раз. — Больше дядя не говорит ничего, как будто бы сказанное всё объясняет.
Лий замолкает, борясь с желанием выйти и от души грохнуть дверью об косяк. Это будет глупо. Лучше… продумать план побега… Наверное.
Только вот как это сделать в тайне ото всех, если дядя сейчас явно читает по ней всё, что она задумала?!
VIII
Как ни странно, но после того, как она стала чем-то вроде личной служанки эйн Ниилли… которая, по словам её сына, всегда считала личных слуг излишеством… Инге понравилось вставать до рассвета и наслаждаться тишиной. Хотя в то время, пока она была посудомойкой, ранние подъёмы казались особым видом пытки…
Забавно, да.
Инга крадётся по коридору, жалея, что у неё нет чего-нибудь вроде шали… В коридоре постоянно гуляют сквозняки, что не особенно-то и радует, так что какая-нибудь шаль бы точно пригодилась… И тапочки помягче. Тёплые. Потому что сейчас приходится едва ли не на цыпочках красться по и так-то местами скрипящему половицами коридору, надеясь, что неосторожный стук каблука не поднимет кого-нибудь! Потому что Инга совершенно не желает объяснять, что именно она забыла здесь, в не самом используемом коридоре, который ведёт в старую часть поместья… ту самую, где находится зал. Она в принципе не представляет себе, как именно это вообще можно будет объяснить. При том, что ничего плохого… в чьём угодно понимании!.. она и не планирует. Просто… Просто тянет туда. Как будто бы… домой? Ну, в каком-то смысле так оно и есть — именно там находится место, через которое они с Царёвым сюда попали. И…
— Доброе утро.
Инга не вздрагивает. Почти. Только вот она сильно сомневается в том, что эйн Астерги не заметил того, что она…
— И вам того же, — оборачивается она с самой ясной улыбкой, на какую способна. — Тоже любите прогулки в тишине?
Эйн Астерги пожимает плечами, закидывая в рот зеленоватую пластинку… чего-то. Инга понятия не имеет, что это может быть, но, судя по тому, каким недовольным взглядом смотрела на такую же пластинку вчера эйн Лийнира, это вряд ли что-то хорошее. Впрочем, Инге… всё равно. По крайней мере — пока что. Она возобновляет движение, собираясь сегодня добраться до того места, где путь преграждают руны… Вот на руны и хочется посмотреть. Сравнить с теми, что она помнит из рассказов одной из сотрудниц, которая считала себя колдуньей и предлагала то погадать на судьбу любому желающему, то порчу навести… или снять?.. Инга морщится. Какая разница, если у неё всё равно ни разу ничего путного не выходило.
— И как тебе наш мир? — А ведь Инга уже почти забыла про то, что эйн Астерги где-то поблизости… Ну, или, что вернее, надеялась, что он пошёл куда-нибудь ещё. Хотя Инга не имеет ничего против его компании. Даже наоборот…
— Я бы предпочла остаться дома, — пожимает плечами Инга, бросая взгляд на небо через высокое, до самого потолка, окно. Край неба уже начинает потихоньку светлеть, но пока что не настолько, чтобы нужно было думать о возвращении. И недостаточно, чтобы обойтись без свечи… хотя можно было бы взять и магический светильник, но… Инге они не нравятся. Совсем не нравятся. И раз уж есть выбор, она однозначно предпочитает живое пламя. Которое сейчас пляшет на сквозняке, отбрасывая на стены и лицо эйн Астерги тени. Впрочем, ему это даже в каком-то смысле идёт… — Я не успела насладиться результатами своих трудов… — Она прикусывает губу, прикидывая, стоит ли говорить здесь и с этим человеком о подобном… Возможно, немного откровенности и не повредит. Тем более, что эйн Астерги совершенно точно не выглядит поборником морали. И, быть может, даже поймёт её… — Там у человека, который меня предал, как раз практически полностью жизнь разрушилась.