— О, понимаю! Когда я впервые попала на большой императорский приём, то тоже не смогла сдержать восхищения… — мечтательно тянет хозяйка дома, имени которого Инга не знает. Да и не желает знать. Гораздо интереснее то, что она услышала. Ну, во-первых, приходится приложить усилия, чтобы не фыркнуть — всерьёз сравнивать это убожество с императорским дворцом, а Инга ни капли не сомневается в том, что обстановка в последнем ни в какое сравнение не идёт с… этим, может только крайне недалёкая деревенщина. Но вот второе… Император. То есть, здесь есть император? А почему в таком случае в поместье ни разу не упоминали о нём? Ну, даже если предположить, сто семья Трок находится в оппозиции к правящему дому… или даже в опале… то в любом случае хоть как-то бы его поминали. Незлым тихим словом… Но — тишина. И даже для вышколенных слуг поместья это слишком… — В таком случае, я думаю, девушке будет полезно погулять…
Эйн Ильгери пожимает плечами и отсылает Ингу.
Ну… погулять, так погулять! Инга подчиняется. Конечно, она ни мгновения не надеется на то, что ей позволят бродить по дому без сопровождения. Но это-то как раз и не проблема. Тем более, что Инга и не планировала таскаться по незнакомому дому в одиночестве — слишком уж велик риск потеряться. Или забрести не туда… Так что она с благодарностью, пусть и несколько наигранной, принимает компанию молодого парнишки, у которого явно не закончился ещё период созревания, учитывая, что он только слюной не капает, косясь на её задницу… которая, как сказал эйн Астерги, очень даже ничего… Инга с трудом удерживается от смешка. Ну, хоть что-то в её новой внешности нравится мужчинам! Хотя она сама бы сказала, что и ножки у неё замечательные… жаль только, что при местной моде на длинные платья этого не оценить.
При воспоминании о словах эйн Астерги Инга вздыхает. Слишком уж это было… Нет, не неприятно — Инга не настолько зациклена на своей внешности, чтобы впасть в депрессию от такого сомнительного комплимента — но… разочаровывающе. Надеяться на то, что получится окрутить этого человека, вероятно, не имеет смысла. По крайней мере — так, чтобы он стал марионеткой в её руках… Инга почти слышит, как с грохотом рушатся выстроенные планы. Остаётся выдохнуть и признать, что планы были набросаны начерно, и сделать вид, что она не расстроилась. И сконцентрироваться на других путях. Тем более, что, кажется, вполне вероятен вариант с полным раскрытием карт. Хотя Инга и предпочла бы нечто иное, но… эйн Астерги не тот, кем получится вертеть по собственному усмотрению. К сожалению или к счастью.
Инга заставляет себя сосредоточиться на том, что говорит парень, который, кажется, подключил все силы на то, чтобы сейчас затащить её в койку. Ну… надо же как-то поощрять рвение молодых? Так что Инга старается ахать в нужных местах, поддакивать и хоть как-то направлять разговор в более-менее полезное лично ей русло. Про Ливень и Императора, конечно, не спросить — слишком уж неправдоподобно, чтобы девушка её возраста, пусть даже и служанка, не знала подобного. Но… положение семьи, которой парень служит, расстановка сил — хотя бы с точки зрения слуг. Что в мире происходит…
…Как именно они оказываются на складе, Инга не успевает понять. Зачем — вполне себе ясно, конечно. Особенно после того, как парнишка начинает лезть со слюнявыми поцелуями, обдавая запахом недавно съеденного чеснока. Инга честно старается сдержать рвотный рефлекс. И даже что-то одобрительно мычит, с ужасом представляя, что будет дальше…
К счастью, спасение приходит, откуда не ожидалось — панель на стене, к которой парнишка её прижимает, поддаётся, уходя вглубь, от чего Инга едва не падает, в последний момент удержав равновесие…