Анна, застывшая с вилкой на полпути ко рту, внимательно смотрит на меня, оценивая мои слова. Она пытается понять, можно ли мне доверять. Я не знаю, что она видит, но она кивает и продолжает есть.
Что еще здесь можно сделать?
Есть, спать, принимать душ, заниматься спортом, смотреть телевизор,..... дрочить.
А теперь, когда Анна здесь, есть ещё один вариант.
ДЖЕЙМС
Она сильно нервничает. Её тело дрожит в моих руках, будто ей холодно.
Неудивительно. Анна гораздо меньше любого из нас. Она одна в этой изолированной части тюрьмы. Надзиратель будет приходить хотя бы раз в день. Но у нас есть время, чтобы разобраться с ним, если нужно.
Анна ничего не знает о нас. Ни о наших преступлениях, ни о прошлом. За полчаса она успела составить мнение. Надеюсь, оно будет хорошим.
Любой может подумать, что я плохой человек. Татуировки, шрамы, взгляд — всё это наводит на мысль о насилии. Я совершил ошибки, возможно, слишком много. Но я никогда не причиняю боль женщинам против их воли.
Боже, я надеюсь, ей понравится.
Во время обеда я размышляю о дальнейших действиях. Нужно найти баланс между интересами Анны, Виктора и Артура. Их желания не всегда совпадают.
Виктор особенно нервничает. Его глаза всё ещё мутные, хотя и не такие, как хотелось бы.
Анне нужна поддержка и уверенность. Ей необходим кто-то, кто поможет ей освоиться и почувствовать себя комфортно. Если она сможет это сделать, то проведет месяц, наслаждаясь каждым моментом. Я хочу слышать её крики удовольствия, когда я с ней. Хочу почувствовать, как она достигает пика наслаждения на моем члене и вытягивает из меня все накопившиеся эмоции. Я мечтаю погрузиться в неё так глубоко, чтобы мы были неразрывно связаны, даже во сне, и она забыла, каково это — когда её не наполняет мой толстый член. От этой мысли моё сердце сжимается. Но как нам достичь этого, не напугав её?
Если бы я мог не спешить, я бы так и поступил. Я мог бы подождать немного, чтобы месяц завершился идеально. Но Виктор не терпелив. Даже Артур выглядит напряжённым; его обычно расслабленное тело теперь натянуто, пока он ест и следит за Анной, словно за рыбой, которая вот-вот выскользнет из сети.
Я понимаю, что у него были добрые намерения, но не в этот раз. Лучше бы он смог накопить денег на трех женщин. Было бы легче, если бы не требовалось делиться, но, возможно, в его безумии есть смысл. Мы с Артуром доверяем Анне, потому что вместе мы сдерживаем своих внутренних демонов. В одиночку они могут вырваться наружу. Я не смог бы расслабиться, зная, что Виктор наедине с женщиной, а мы с Артуром отвлечены. Нам нужно быть рядом, чтобы защитить Анну, пока она не научится принимать нас.
Когда Анна уходит в туалет, я стараюсь максимально использовать это время.
— Я разберусь с ней, — говорю я. — Успокою. Подготовлю к тебе.
Виктор хочет возразить, но Артур его опережает.
— Это правильно. Ей это нужно.
— Комната, где она оставила свои вещи, предназначена только для нее и тех, кто с ней. Остальные спят в соседней.
— Стены здесь тонкие, — предупреждает Артур. Я понимаю, что он имеет в виду: шум может распространяться и стать триггером.
— Мы можем наблюдать? — спрашивает Виктор.
— Нет.
Он не рад, но пока соглашается.
— Расскажи о ней, — просит он. — Как она выглядит, на ощупь, на вкус?
— Да, Виктор, расскажу.
Он массирует затылок, снимая напряжение.
— Смотрите телевизор, чтобы она не волновалась.
— Хорошо.
Артур встает из-за стола, берет пластиковые контейнеры и относит их на кухню, чтобы выбросить. Виктор садится перед телевизором на один из четырех стульев. Включает его. В комнате разносится звук, и бодрый голос ведущего звучит раздражающе и фальшиво.
Анна появляется в дверях, оглядывая комнату широко раскрытыми глазами. Она освежилась, смыв макияж. Её кожа чистая и слегка розовая от умывания. Без яркого макияжа она выглядит моложе и красивее.
— Они собираются смотреть телевизор, — говорю я, поднимаясь со скамейки. — Хочешь пойти со мной?
Вопрос звучит одновременно как предложение и приглашение. Она сглатывает и прикусывает губу, когда я протягиваю руку, чтобы провести её обратно в импровизированную спальню. Заходим внутрь, она останавливается у кровати, а я медленно закрываю дверь, прислоняясь к ней, но стараясь не подходить слишком близко.
— Это платье выглядит неудобным, — замечаю я.
Она бросает взгляд на себя.
— Нет, это даже не моё.
— У подруги одолжила? — пытаюсь я разрядить обстановку шуткой.
— Да. Она подготовила меня к аукциону.
Я хочу узнать, что случилось на аукционе, почему она оказалась там и сколько Гарри, смотритель тюрьмы, заплатил за неё. Мне интересно, сколько ей лет — она выглядит очень молодой. И, наконец, какой у неё опыт в сексе.