— Надеюсь, у неё сладкие соски, — лениво произносит Артур. — Хотя, если честно, мне уже всё равно.
Виктор отпускает край стола и на мгновение закрывает глаза, погружаясь в свои мысли.
— О чём вы, идиоты, вообще говорите?Чего это вы удумали? — язвительно спрашивает Декер, кривя губы. Этот пронырливый зек шел мимо и услышал их разговор
— Это не твоё дело, — отвечает Виктор, вскакивая со своего места раньше, чем Артур успевает его остановить. Декер стоит на своём, словно бросая вызов судьбе, но выглядит как самоубийца, решивший дразнить медведя. Виктор способен оторвать ему уши быстрее, чем большинство мужчин вскрывают конверт.
— Не думайте, что мы не в курсе происходящего, — говорит Декер, сложив руки на своём животе. Вокруг него витает приторный запах пота, наполняя воздух неприятным ароматом.
— Единственное, что здесь происходит, — это то, что ты рискуешь получить по морде, — отвечает Артур, поднимаясь на ноги и недобро прищуривая свои тёмные глаза. Большую часть времени он кажется мягким человеком, но его двухметровый рост хорошо это скрывает. Декер отступает, но выглядит так, будто вот-вот лопнет, как воздушный шарик на жаре.
— Говорить о женщинах так, будто ты их здесь как-то получишь, очень глупо, мне кажется, — замечает Артур.
— Нам следовало держать язык за зубами. В этом месте людям больше нечем заняться, кроме как слушать сплетни.
Я делаю шаг вперёд, и Дейкер отпрыгивает назад, ожидая моего удара. Может, до прошлого месяца я бы врезал ему, но не сейчас. Мне не время попадать в карцер. Я не откажусь от того, что заработал.
— Отвали, — рычу я, расправляя плечи и оглядываясь на кучку мужчин, которые наблюдают. Здесь всегда все наблюдают за всеми. Когда всё случится, все заметят наше отсутствие. И это неизбежно. Надзирателю придётся сказать им, что мы в карцере. Это лучшее прикрытие, которое мы можем придумать.
Когда Декер уходит, Виктор откидывается на спинку скамейки, а Артур осторожно опускается на пол.
— И маленькие мягкие ручки, — мечтательно говорит Виктор с глупой улыбкой. — Надеюсь, у неё действительно маленькие мягкие ручки.
Уважаемый читатель, пожалуйста, не забывайте ставить лайки и подписываться на автора!
Глава 2
АННА
— Мне нужно взять отпуск на месяц!
Мой босс, Майкл Дуг, отшатывается от меня, как будто я только что ударила его по лицу. Я не брала отпуск уже два года, так что моя просьба стала для него большим сюрпризом.
К тому же я попросила дать мне целый месяц, а это окончательно повергло его в шок.
— Ты не можешь взять отпуск, темболее на целый месяц, — ошарашено усмехается он. — У нас нет никого, кто мог бы заменить тебя на всё это время.
Мне очень надо! У меня чрезвычайная ситуация в семье!—
— Мне жаль, что так вышло, — он проводит толстыми, как сосиски, пальцами по своей лысой голове, уже глядя поверх моего плеча, как будто разговор окончен. — Но я ничем не могу помочь.тебе .. Не сейчас.
Я делаю глубокий вдох и провожу языком по зубам, чувствуя, как нарастает мой гнев, который я пытаюсь сдержать.
Я проработала здесь два года без перерыва. Это моя самая высокооплачиваемая работа. Мне нужно уйти в неоплачиваемый отпуск, чтобы помочь сестре. Мне это надо сделать во что бы то ни стало!
— Я понимаю, но оаботы сейчас много и я не могу дать тебе даже отгул.
Стул под мной пластиковый, и его острый край впивается в кожу, когда я сжимаю подсобой сиденье окоченевшими от напряжения пальцами.
— Мистер Дуг, мне жизненно необходим этот отпуск.
— Анна, это невозможно.
Я закрываю глаза, проглатываю ком в горле и ощущаю, как во мне нарастают разочарование и гнев. Этот человек просто не понимает. Я измотана бесконечной работой за гроши, пытаясь свести концы с концами на мизерную зарплату, сколько бы компромиссов я ни старалась находить. Я устала отчитываться перед мужчинами, которые считают себя вершителями судеб, потому что управляют горсткой отчаявшихся людей и полудохлым бизнесом который находится на грани выживания.
Конечно эта работа важна для меня, но Кристина намного важнее. Моя сетра — это всё, что у меня есть.
Я резко встаю, и стул с грохотом скользит по полу, ударяясь о стену.
— Я увольняюсь.
Глаза Дуга расширились от удивления. Его лицо сейчас выглядит так, будто бы я сообщила ему, что выиграла в лотерею, или он увидел, как у меня выросла вторая голова.