— Я бы выразилась, но это слишком гадко, — захихикала Тина. — Вы правы, госпожа. Югу королевства Шарджа сейчас непросто. Но какое отношение это имеет к вам? Вы ведь герцогиня, а не королева. Все эти сложности должен решать герцог, а ваша задача быть рядом с ним, поддерживать, менять повязки на ранах, снимать швы и рожать ему наследников. Честно говоря, последний пункт мне показался очень странным.
— О чем ты? — Алекса выглянула из-за ширмы.
— Это пустяк, — отмахнулась воительница.
— Скажи, мне интересно узнать, какого ты обо мне мнения.
— Самого негативного, — прыснула Тина, захихикав во весь голос.
— Я заметила, — улыбнулась Алекса.
Когда герцогиня скрылась за ширмой, воительница серьезно задумалась о разговорах, которые слышала в твердыне Оран и слухах, распускаемые солдатами в гарнизоне и бабами на кухни.
— Госпожа, — промолвила Тина, — люди поговаривают, будто бы вы уже почти пять лет в браке с герцогом.
— Это правда, — ответила откуда-то из-за ширмы Алекса. — Тебе это кажется странным?
— Ну, немного, — призналась Тина. — Я бывала в разных королевствах, даже в империи. Повидала разных людей, наслушалась баек, увидела обычаи и церемонии на свадьбах. Все сводиться к тому, что брак в семье дворян — обычная условность, которую заключают для того, чтобы завести ребенка и воспитать наследника. Мне кажется странным, что вы уже пять лет в браке, а у вас на подходе только первый ребенок. Обычно придворные дамы рожают значительно раньше.
— Это не так, — опровергла Алекса. — Моей сестре было семнадцать лет, когда она забеременела от своего мужа. Мне же пока шестнадцать. Хотя…. Может ты и права, ведь моя сестрица забеременела спустя два года после брака. У меня с мужем дела обстоят иначе. Я стала его женой в двенадцать лет, поэтому он не хотел торопить события и доводить все до крайности. Видишь ли, молодые мамы реже рожают здоровых детей и при этом выживают во время родов. Приняв роды у сестрицы, мне стало понятно, почему это происходит. Боюсь, в двенадцать лет я бы просто не перенесла родов и скончалась. Карл это понимал и решил не торопить события. Честно говоря, прожив три года в Оране, мы вообще спали раздельно. Потом начались ссоры, и все свелось к тому, что я не позволяла ему заходить в наши покои.
— Вы его отвергали? — уточнила Тина.
— Верно…
— Очень странно… — задумалась воительница. — Глядя на герцога, я вообще с трудом понимаю, как этот человек реагирует на отказы.
— Злиться, разумеется, — улыбнулась Алекса, ступив ногой в бадью, наполненную горячей водой. — Просто герцог Карл Масур и мой муж совершенно разные люди. В битвах, решая вопросы, занимаясь делами и управляя землями, герцог Масур — суровый мужчина, способный оторвать руки любому, кто посмеет ослушаться его приказа. Со мной он более внимателен, потому что я его герцогиня, а не очередная подданная, с которой можно обращаться, как вздумается.
— Вам повезло с мужем.
— Это правда. Мой Карл самый чуткий и внимательный мужчина на свете. Мужа я буду любить до конца своих дней и никогда не предам.
— Я уверена, он вас тоже очень сильно любит.
— Надеюсь… — хихикнула Алекса. — Тина, а что ты там делаешь?
— Жду своей очереди. Я тоже хочу принять ванну перед сном.
— Не глупи. Мы ведь обе женщины. Места тут хватит, поэтому можешь присоединиться.
Тина вскинула брови.
— Вы уверены? — несколько растеряно произнесла она. — Госпожа, я ведь обычный наемник, а вы герцогиня…. И мне не следует…
— Это глупости, — спокойным тоном перебила Алекса. — В твои обязанности ведь не входит работа служанки, но ты все равно принесла воды и приготовила ванну. Пока я приведу себя в порядок, вода остынет, а я не хочу, чтобы ты мучила себя еще больше, таская ведра с водой.
— Как скажете…
Тина прошла за ширму и начала снимать свою одежду.
— Слушай, — задумалась Алекса, — ты ведь никогда не интересовалась женщинами?
— Чего?! — выпучила глаза Тина. — Ох, всевышние силы! Только я подумаю, что вы хороший человек, как вы портите впечатление. Нет, конечно! Я никогда не думала о любви с женщиной и никогда не зарабатывала своим телом.
— Ну, прости, — хихикнула Алекса. — Я просто спросила.
Воительница закатила глаза, но не стала отказываться от горячей ванны. Госпожа права. Пока она сама примет ванну, вода уже остынет, а второй раз Тина бежать на кухню с ведрами не собиралась. Слишком уж неблагодарное занятие.