— Вы позволите задать вопрос? — подумав, спросила Алекса.
— Спрашивай.
Они добрались до носа Покорителя небес и Дракону вынесли два мягких стула с пуховыми подушками, стол и чай. Заняв свободное место, Алекса налила императору ароматного чая, передала пиалу и улыбнулась. Он улыбнулся в ответ.
— Там, где я родилась и прожила одиннадцать лет, поселился ваш человек, — сказала она, пытаясь вспомнить каждую деталь знакомства со своим чернокожим другом. — Он никого не трогал, не вмешивался в дела моего отца и чаще всего вообще сидел дома. Его зовут Ганн, и это он научил меня вашему языку…. А еще подарил мне серебряные часы, которые привели меня сюда. Я не знала назначения часов, пока не встретилась с Дланью. Ваш человек сказал мне о Сердце Дракона. Великий Дракон, а в чем истинный смысл этих часов? Почему Ганн подарил их мне?
Император выслушал внимательно, улыбнулся, сделал глоток холодного чая и сказал слово, которое Алекса не узнала. Это был совершенно другой язык, на котором, видимо, говорят где-то еще.
— Что это означает? — спросила она.
— Любовь, — улыбчиво перевел Дракон. — Я так и думал, что он назовется этим именем. Ганн — близкий друг моей семьи, а мой отец считал его почти братом.
— Мне сказали, Ганн вернулся в империю.
— Это правда. Не ищи его, Алекса Масур. Ганн был Глазами Дракона, и он выполнил свою работу. Теперь ему позволили вернуться домой.
— Но что значат часы?
— Попробую объяснить, — вздохнул Дракон. — Глазами Дракона становятся изгои, которые должны избавиться от позора. Человек, подаривший тебе часы, был очень важен моему отцу, но закон есть закон. Ганн отказался от предложения главы дома Скорби, не отдал свою дочь влиятельному человеку, за что поплатился изгнанием. Он должен был провести в изгнании несколько лет, выполнить приказ императора и вернуться к семье, когда задание будет выполнено. Десять лет назад отец отправил его сюда, чтобы Ганн выучил ваши обычаи и порядки. Что он и сделал.
— А какое отношение его изгнание относиться к часам?
— Сама подумай. Глаз Дракона бросает семью, отправляется на другой материк, чтобы выполнить приказ императора. Они оставляют свою семью, детей, любимых женщин. Десять лет в изгнании — большой срок. Разумеется, Глаз может проявить слабость и влюбиться. Чтобы этого не случилось, ибо любовь может разрушить планы, император дал еще один приказ. Это формальность, но так Глаз Дракона не нарушит своё слово и не отступиться от главной задачи. Если Ганн влюбился, ему следовало купить серебряные часы, которые он мог подарить любимой. Ну и, разумеется, мы ведь знали, что придем сюда рано или поздно. Затея твоего друга была довольно простой. Он подарил тебе часы. Он рассказал о том, что с этим подарком можно прийти ко мне и попросить о том, чего хочется. Таким образом, ты становишься Сердцем Дракона. Тебя бросают в клетку и везут в империю Шадаш-Тарза, где Ганн, выполнивший приказ Дракона, может попросить о чем угодно.
— Вот как… — растерялась Алекса. — Значит, Ганн хотел, чтобы я, благодаря этим часам, попала в империю, где бы он попросил меня? Я для него была обычной наградой за выполнение приказа?.. Вот сволочь…
Дракон рассмеялся.
— Видимо, Ганн влюбился в тебя, Алекса Масур, — сказал он. — Ты можешь не любить Ганна, но признай факт, что только благодаря часам мы с тобой разговариваем. Не будь у тебя часов, Длань давно бы схватил тебя и бросил в клетку.
— Тоже верно, — согласилась она. — Если бы Ганн не подарил мне часы, моих людей бы убили еще в усадьбе Рема, а меня бросили в клетку. И я бы все равно попала в империю.
— Этого не случиться, — заверил Дракон. — Тебе предначертана другая Судьба, Алекса Масур. Может, вы еще встретитесь с Ганном, но это случиться без моего вмешательства.
— Не встретимся.
— Почему ты так решила? Когда войны кончаются, наступают мирные времена. Когда трон королевства Шарджа займет достойный король, я открою торговые пути, которые помогут нашим культурам черпать друг у друга что-то новое. Разумеется, ты сможешь приплыть в империю…. Я бы этого очень хотел. Ты моя гостья, Алекса Масур.
Герцогиня, закусив нижнюю губу, робко улыбнулась.
— Благодарю за приглашение, — сказала она.
— Ты меня стесняешься? — заметил Дракон.
— Не вас, Дракон, а ваших обычаев. У меня нет желания становиться наложницей.