Дайн поправила подушки.
— Дело не в количестве женщин и сумме золота, — сказала она. — Дракон желает, чтобы ему подчинились. Только так мы сможем заключить мир. Но не волнуйся. Как я уже сказала, мой Дракон сейчас немного занят, а встреча с ним состоится, может быть, только осенью. Поклянись мне, что предложишь свои дары Дракону, когда он прибудет и уже на рассвете моя армия отступит от границ Орана.
— И вы так просто отступите?
— Верно.
Алекса понимала, что не все так просто.
— Я Голос Дракона, Алекса Масур, — напомнила Дайн. — Моё слово нерушимо. Мы с моим Драконом родились в одном доме и я, это можно назвать его сестра. У меня есть привилегии в Шадаш-Тарза, но даже мне несдобровать, если посмею нарушить слово своего Дракона. Законы империи сильно отличаются от тех, по которым живете вы в своем королевстве. Моим Голосом говорит сам Дракон. Нарушу его слово, и меня казнят. Я не собираюсь менять теплый шатер, мягкие подушки и вкусную еду на камеру палача.
В янтарных глазах Дайн промелькнула тревога, когда речь зашла о наказании. И опасение были ненапрасными. Похоже, в империи Шадаш-Тарза не жалеют даже родных и близких людей, таких как братья и сестры. Казни родственников случаются, но империя и Дракон вывели наказания на какой-то немыслимый уровень. Неужели можно казнить сестру из-за лишнего слова?
— Я верю вашим словам, — задумчиво сказала Алекса. — Простите, это решение нельзя принять сразу. Мне нужно все обдумать, написать наместнику, поговорить с мужем. Только тогда….
— Карл Масур? — перебила Дайн. — Он ведь погиб.
— Мой муж был сильно ранен, но он выжил, — возгордилась Алекса. — Когда он прибудет, мы сможем решить этот вопрос в кругу семьи.
— Как угодно, Сердце моего Дракона, — улыбнулась Дайн. — Я лишь напоминаю, империя не покинет Оран, пока ты не дашь свое слово.
— Я все понимаю, но это слишком важное решение, которое мне не принять в одиночку.
— Разумеется. Мой лагерь будет стоять тут еще несколько дней, а потом, когда мой Дракон пришлет приказ, и я отбуду по делам, мы сможем связаться через Длань Дракона, с которым вы уже имели честь побеседовать. Сообщите ему о своем решении, он мне его передаст. Я лишь надеюсь, что мы сможем заключить мир.
Алекса хотела бы этого, но одна мысль не покидала разум герцогини.
— Можно вам задать вопрос? — поинтересовалась она. — Скажи, а что такого особенного, Дракон попросил у королевы Роксаны Остин? Отчего отказалась покойная королева?
— Меня не было на переговорах, — ответила Дайн. — Лишь слухи, которые ходят среди солдат моего Дракона.
— И все-таки. Что за слухи?
— Дракон пожелал дань. Десять миллионов рупий и пятьдесят женщин, которыми королева Шарджа должна была оплачивать мирное небо. Еще поговаривают, будто бы Дракон заинтересовался одним человеком.
— Женщиной?
— Не совсем. В прошлом году Дракон узнал о неком ученом, который, как говорят в империи, нашел эликсир вечной жизни. Мой Дракон пожелал поговорить с этим человеком, но королева отказала, причем в очень грубой форме.
Алекса на секунду задумалась о том, кто смог обмануть своей смертью все королевство.
— Простите, — задумчиво промолвила она, — а этого человека зовут Орлан де Месс?
— Да, это его имя, — подтвердила Дайн.
Это было очень тяжело осознать. Если бы королева Роксана Остин отдала Дракону дань, и если бы не было этой глупой мести, и Орлан де Месс был бы жив, этой войны бы не было.
Герцогиня Алекса Масур с ужасом поняла, что, убив Орлана де Месса, сама внесла вклад в начало кровопролитной войны с империей.
Цена мирного неба
Возвращение в твердыню ни осталось не замеченным.
Алексу сопроводили до потайного хода, который вел прямо из твердыни за пределы территории. Карл показал это место, когда они с женой учились кататься на лошадях. Оставшись наедине, герцог Масур пояснил, что именно этот потайной ход был сделан еще самим путешественником Ораном, а когда крепость перешла во власть семьи Масур, подземным туннелем пользовался отец Карла, который, изменяя своей жене, проводил через этот коридор портовых шлюх и любовниц из города. Лаз выводит прямо на берег озера, что поможет герцогу и его любимой жене уйти из осады, если таковая случиться. Сам же ход ведет в кабинет Карла, который расположен на верхнем этаже твердыни. Выбраться по лестницам оттуда не сложно, проблема начинаются тогда, когда хочешь незаметно вернуться.
К счастью или нет, герцогине Алексе Масур не пришлось взбираться по бесконечным ржавым лестницам в стенах твердыни. Похоже, о проходе знал не только Карл Масур, но и его брат епископ Эфрон, встретивший герцогиню прямо перед проходом.