– Нет, но сейчас я думаю, тебе лучше быть не здесь.
– Хорошо. Но я требую, чтобы эта стерва больше не появлялась во дворце, – Иллис неожиданно спокойно ткнула пальцем в Нару.
– Думаю, мы обсудим это позже. – Его величество мрачно осмотрел застывших служанок. – Сейчас надо понять, в каком состоянии твоя рабыня.
– Она моя подруга, – Иллис снова повысила тон. Потом развернулась и, не дожидаясь реакции отца, побежала к себе в шатер.
Проводив ее взглядом, Димир повернулся к остальным.
– Леди Мегерианна, мне кажется, вам не следует сегодня присутствовать на празднике. Равно как и всем, кто принимал участие в этой расправе. До утра вам всем лучше провести время в своих комнатах. А завтра увидимся на обсуждении того, что я тут сейчас наблюдаю. Лорд-мастер, леди Цериандра, – Димир официально обратился к присутствующим тут начальникам. – Надеюсь, вы обеспечите их покой и проследите, чтобы все участники не покидали своих комнат.
– Значит ли это, что я арестована, ваше величество? – леди Мегерианна удивленно осмотрелась. Она все еще не понимала, почему все так реагируют на наказание какой-то рабыни. – По какому обвинению?
– Вы правильно меня поняли, леди Мегерианна. А обвинение – нарушение прямого распоряжения императрицы. Причем это касается имущества нашей дочери. Такого не должно было произойти.
Глядя вслед уходящим дамам, которых сопровождал замаскированный конвой теней, Димир тяжело вздохнул.
– Позволить этим стервам бесконтрольно измываться над девчонкой было большой ошибкой, дорогая. Раньше я не замечал за тобой такой мстительности. Что происходит?
– Ты же хорошо меня знаешь. Я сильно сожалею о том, что натворила с этим приговором. И вообще не думала ни о какой мести. Мегерианна заверила меня, что поставит рабыню на легкую работу. Ей нельзя сильно напрягать руку. Я не думала, что такое может произойти. – Адила растерянно сжала носовой платок, который и сама не заметила, как достала из рукава.
– Именно в этом и проблема. Ты уже сталкивалась с отношением управляющей дворца к этой рабыне. Об этом докладывают и мне и тебе.
– Мне казалось, что это все обычные сплетни.
– Не такие уж и сплетни. Леди Мегера очень трепетно относится к своему титулу и статусу. И весьма болезненно воспринимает каждый намек на неуважение.
– При чем тут рабыня? – Адила недоуменно посмотрела па мужа.
– А как ты думаешь, кто ей такую кличку придумал? – хохотнул Димир.
– Она? Я не знала. – Адила удивленно покачала головой. – У девчонки талант наживать себе врагов.
– И ты оказалась в одной компании с ними. Может, постараешься выйти из их числа? Компания какая-то не совсем для тебя. Пойдем, дорогая.
– Надо заканчивать с эти скандалом, пока он не разросся. Я постараюсь больше ее не трогать. Хоть это и нелегко. Я еще не забыла, что она сделала, – извиняющимся тоном откликнулась Адила.
– Ей тоже будет трудно забыть, что сделали мы.
В шатре дочери родители застали хмурого графа Индерского. Когда они вошли, Лера поспешно повернулась им навстречу и приветствовала глубоким реверансом, спрятав лицо. Что сейчас в общем-то не требовалось. Но Димир успел перехватить полный возмущения взгляд служанки. И вспомнил, что именно она выхаживала рабыню после аварии. Он предпочел не заострять на этом внимания и поспешил, как и Адила, отпустить служанку. Лера тут же вернулась к прерванному занятию и начала осторожно обтирать свежие рубцы на спине Майи, лежащей без сознания прямо на небольшом низком столике.
Стараясь не смотреть на дочь, которая сейчас явно была не в состоянии нормально разговаривать, Адила обернулась к дворцовому врачу.
– Макс, как у нее дела? Надеюсь, все обойдется?
– Боюсь, что нет, ваше величество, – мрачно отозвался граф Индерский.
– Они ей связали руки, – возмущенно вмешалась Иллис. – Она не смогла даже прикрыть свой перелом.
– Ваше высочество, если вы не возражаете, сейчас надо решить другие вопросы. – Лорд Индерский вежливо склонил голову, прерывая Иллис. Потом снова обернулся к Адиле и Димиру. – Но, к сожалению, ваша дочь права. Плеть несколько раз пришлась по месту операции. Такое впечатление, что били туда специально.
– Какие последствия? – Адила старалась не смотреть на лежанку, где начала подавать признаки жизни рабыня. Иллис тут же метнулась к ней, оставив родителей и врача.
– Самые удручающие, к моему сожалению. Переломы срослись слишком плохо. Ударов плеткой оказалось достаточно, чтобы их обновить. До полного перелома, к счастью, не дошло, но у нее снова трещины.
– Ваше высочество, ноги. – Лера встревоженно отвлекла принцессу, осторожно гладившую волосы Майи, все еще не пришедшей в себя.