– Вряд ли. – Иллис осторожно пожала плечами. – Да и не факт, что оно подействует. Во время прошлых переходов мне меняли состав почти наполовину.
– М-да. А приступы как гасили?
– Сильнодействующие обезболивающие.
– На вас же не действуют?
– В обычных дозах нет.
– Это же вредно?
– А ничего другого пока не придумали.
– В общем, так. Передача тебя патрулю возможна, но мало тебе не покажется. Я при этом не только себя выдам, но еще и подставлюсь. Уходить придется у патруля из-под носа. Иначе тебя у стражников на глазах скрутит. Сами они долго будут пытаться тебе помочь своими аптечками. Только время потеряют.
Иллис содрогнулась, представив себе нарисованную картинку.
– У меня есть другой вариант. Но прежде чем начать его обсуждать, я хочу, чтоб ты пообещала никому не говорить об этом.
– Хорошо, обещаю.
– Нет уж. Я не желаю иметь никаких отношений с твоей семейкой в будущем. Не в обиду будет сказано, ты мне даже нравишься, я с детства мечтала о сестренке-двойняшке. В моих играх она была чем-то похожа на тебя. Но после того как мы разойдемся, я и с тобой не хочу иметь ничего общего. Так что сейчас я соглашусь только на слово от имени отпрыска императорского рода.
– Я, Иллисиана Канорская, правящая принцесса империи Арден, обещаю тебе…
– Майя Винсенская-Толнойская.
– …даю слово тебе, Майя Винсенская-Толнойская, что не буду передавать третьим лицам сказанное и показанное тобой.
– В том числе и членам семьи.
– В том числе и своим родственникам. Обещаю от имени своего рода. Довольна? Знаешь, такие обещания даются не по каждому поводу.
– У меня все равно нет выбора, так что поверю этому.
– Ну знаешь! – уже всерьез возмутилась принцесса.
– Лежи уж и слушай. Моя мама была мастером техники Альтер. Она мой учитель.
– Ты же говорила, тебя учил отец?
– Папа сначала командовал охраной обители, где и познакомился с мамой. Позже он стал ее мужем и хранителем. В обителях Альтер такое часто случается. Папа меня тренировал для общего физического развития. Мастер Альтер использует свои жизненные силы, ну то есть ауру, по-другому. Чем лучше развито тело физически, тем сильнее аура, тем сильнее мастер. Ну и защищаться тоже желательно уметь. К пациентам мастер идет без охраны. А там разное бывает. Так что тут все по правде. А всерьез на воина папа собирался готовить Лютика, моего младшего брата. Я говорила о нем, он не выдержал рабства.
Иллис осторожно кивнула и постаралась уйти от болезненной, как она знала, темы.
– Так ты мастер этой техники, я поняла. Это секрет?
– Ничего ты не поняла. Моя мама вольный мастер. Это когда мастер живет и практикует вне стен обители и занимается, чем считает нужным. Техника очень сложная, требует специальной тренировки и развития пальцев. Начинать лучше всего в раннем детстве, потом растягивать пальцы будет очень болезненно. Учеников набирают с пяти-шести лет. Берут и с двенадцати лет. Но таким ученикам обычно уже недоступны сложные техники. Не хватает растяжки пальцев.
– И ты что, с пяти лет? – Иллис, забыв обо всем, с интересом слушала рассказ.
– Мама мне пальцы с трех лет выставляла. Мастера своих детей всегда раньше готовить начинают. Уровень учениц проводят сами, а потом как получится. Поэтому в тринадцать-пятнадцать лет дети мастеров часто сдают экзамен на подмастерье или мастера. Другим сложнее, из-за более поздней подготовки. Вот и получается, что в Альтер очень молодые мастера часто самые подготовленные. Ну, и естественно, когда дети мастеров вырастают, они могут захотеть заниматься чем-то другим или отказываются практиковать вовсе. Но зато могут учить своих детей. Ну это понятно, хотя бы в общем?
– Ну да, я поняла. А что насчет тебя?
– Я все время с мамой занималась. В обители появлялась только на экзамены. Когда произошла авария… – голос Майи стих, но затем снова окреп: – Мы ехали в обитель, мама отчитываться о своей работе, а я сдавать на мастера общего уровня. Мама говорила, что я уже готова.
– Значит, ты все-таки мастер?
– Почти. Когда нас в суд потащили, адвокатишка записал нас по фамилии папы, как Винсенских. В обители считается позором попасть в зависимость к кому-нибудь. А уж о рабстве и говорить нечего. Поэтому я промолчала, и Лютику велела молчать.
– А для воина это нормально? – хмыкнула Иллис.
– Для воина это реально, – отрезала Майя. – В общем, я решила все оставить так, не позорить маму.