— Спасибо, Батист, — произнесла я устало и почувствовала, как он засмеялся.
— Спасибо? Ты великолепная, Лима. Совершенство. — Он приподнялся на руках и принялся покрывать поцелуями мое тело, словно благодаря меня. — Я обещал, что между нами не останется секретов, и...
Он замер неожиданно, приподняв голову, и будто прислушиваясь. Потом с выдохом выругался, и резко выпрямился, подхватив мою одежду с пола.
— Прости, Лима, — произнес он, протягивая мне то откровенное нечто, что подарил мне Атхор, — не в этот раз. Одевайся, сюда направляются дорогие именинники.
— Кэл с Алексом?!
Я в панике подскочила, пытаясь впихнуть себя обратно в это безобразие. Господи, блин. Запутавшись, я едва не упала и не разбила нос и лицо, что, конечно, невероятно бы порадовало уважаемую семью Асмус фон Артун.
Спасибо Батисту, который помог мне.
Я уже поправляла на груди эти чертовы цепочки, как дверь рывком распахнулась, срывая замок, грохнула об стену, и мы с мужчиной вздрогнули, обернувшись.
— Бати-и-ист! — прорычал Алекс, сверкая глазами, в которых, кажется, бушевал настоящий шторм, и опуская медленно руки вниз. У меня похолодели от ужаса все конечности, когда я поняла, что он просто невероятно зол... и причину его злости я знаю только одну.
А за его спиной стоял Кэл. И стоило мне только опустить взгляд вниз, как паника едва не оглушила меня, как цунами обрушившись на мое тело. В руках у брата-близнеца сверкала длинная и острая катана.
«Ссссейчасс его порежут» — ехидно отметила Сантеншет, пока я в ужасе наблюдала за тем, как Кэл лениво, и будто демонстративно прокрутил катану в руках, отчего она со свистом разрезала воздух.
Кажется, сегодня на праздничный ужин намечается салат из Батиста.
— Бати-и-ист, — насмешливо произнес Кэл, приближаясь к нам, — ты посмел распаковать наш подарочек?
— Всего лишь проверил, — в тон ему ответил мужчина.
— Членом?
— Имею право. — Мне показалось, что Батист поправил несуществующий галстук. — Пока патронаж не закончился я волен убедиться в том, что к моей подопечной не применялось сексуальное насилие.
— Что ЗА ДИЧЬ?! — рык Алекса отскочил эхом от стен комнаты, и он яростно сверкнул глазами. — Ее подарили нам буквально полчаса назад! Покажи договор, в котором это написано!
— Без проблем. — Батист, как мне показалось, будто бы из воздуха материализовал документы, хотя, скорее всего, этот сложенный вчетверо листок он просто спрятал в кармане на всякий случай. — «В случае, если у патроната имеются сомнения в эмоциональном и физическом состоянии подопечной, он имеет право проводить любые тесты для выявления нарушений ее содержания». Это все.
«Съели?!» — добавил за него мой внутренний голос.
Кэл прищурился, и принялся обходить нас по кругу, не сводя с Батиста внимательного и пронизывающего взгляда. Я нервно теребила волосы, надеясь, что если в Батиста сейчас воткнется катана, то хотя бы не заденет меня.
— Скажи мне, Батист, — голос близнеца напоминал мне патоку — настолько сладкими были интонации. Патоку, в которую кто-то заботливый вплеснул литр яда. — Разве там нет примечания, что эта проверка проводится только в присутствии хозяина рабыни?
Кажется, что-то изменилось в лице Батиста, но он постарался сохранить спокойное выражение.
— В исключительных случаях его присутствие не требуется.
— Давай так, Батист, — Кэл с дико довольным лицом поднял катану и пальцем провел по острой части лезвия, — либо ты сейчас скажешь нам, что же там за исключительный случай произошел, либо твое тело я порублю на части, а потом скормлю рыбам в фонтане на площади нашего поместья. Идет?
— Угу. У меня есть целая неделя, чтобы подготовить вам отчет. До встречи, ребятки, — спокойно произнес Батист и, абсолютно игнорируя близнецов, направился к выходу.
Алекс и Кэл проводили его несколько ошарашенными взглядами.
Когда дверь захлопнулась за мужчиной, первым отмер Алекс.
— Сукин сын!
— Расслабься, Алекс. Это было ожидаемо, когда один кретин по имени Рэй подсунул нам подарочек, обремененный патронажем. Что же в тебе такого, Лима-а? — прорычал внезапно он, разворачиваясь ко мне, и не успела я испугаться, как острие катаны неожиданно прикоснулось к моим губам. Ужалило холодом, замораживая ток крови в венах, и темный ужас охватил меня.
Кэл с усмешкой на губах медленно провел лезвием вниз.
— Прекрасный подарочек… просто великолепный, — в его голосе скользило что-то смертельно опасное для меня, и следующая фраза это подтвердила. — Ты же знаешь, что делают с уже использованными подарками, Лима?