Когда поток слов закончился, слезы стоящие на глазах полились по моему лицу. Я приняла решение, что выполню условия сделки чего бы, мне бы это не стоило. Обмен на свое девственное тело на жизнь родных – это малое, что я могу предложить за них, и что навсегда погубит меня
Глава 2
Выходные закончились, пора за знаниями. Обычно я добиралась на электричке до города.
Мы жили за городом, родители уезжали раньше по своим рабочим местам, Ленка жаворонок по рождению и хоть и рано на учебу, она уезжала на машине с папой, ему было по дороге до ее элитной школы.
Я же по натуре своей сова и мне тяжко вставать по утрам, а учитывая после вчерашних событий, я спала очень плохо, меня преследовали кошмары. Меня всю ночь преследовал наглый азиат, а я все время убегала от него.
Осмотрев свой внешний вид, я осталась довольна собой. Голубое трикотажное платье до колен, с воротником и капроновые телесные колготки, черные туфельки на невысоком каблучке. Волосы собрала в высокий хвост, чуть накрутила кончики плойкой. Макияж неяркий, чуть обвела глаза черным карандашом, подвела тушью ресницы, а на губы нанесла бледно-розовый блеск. Вспомнился вчерашний наказ бандита, и от злости сжала в руке блеск. Я надеялась, что папа решит эту проблему, он пообещал уладить вопрос с бандитами. Но почему-то меня не отпускало чувство тревоги и что все уже решено за нас. Обратного пути нет.
В последний раз, осмотрев себя, убедившись, что все идеально, я вышла из спальни. Закрыв дом ключом, поспешила на электричку, в десяти минутах ходьбы от нас был жд вокзал.
День выдался теплым хоть уже и начало октября, осеннее солнышко еще радовало своим теплом. Я любило это время года, особенно шелестящие листья под ногами.
Студенческая жизнь мне нравилась, наконец, я почувствовала свободу от родительского постоянного контроля. Друзей пока не заимела в группе, меня почему-то обходили стороной девчонки, а мальчишки приставали с пошлыми предложениями, которые я игнорировала. С одноклассниками я тоже мало общалась, единственная подругой была Кира, но она сейчас далеко и в последнее время мы редко общались, последний раз в августе перед тем как она уехала в Нью - Йорк.
Пары прошли незаметно или я хотела оттянуть момент вечера. Весь день мне казалось, что за мной кто-то наблюдает, обернусь, нет никого. Это ощущение преследовало меня до нашей городской квартиры, зайдя в нее, я смогла почувствовать себя спокойней. Мы договорились с Леной встречаться здесь после школы, а вечером на последней электричке ездили домой. Родители пока боялись разрешать мне жить одной, хотели убедиться, что я повзрослела. Я надеялась, что уже в ближайшее время мне разрешат жить отдельно.
Пройдя на кухню, приготовила из имеющихся продуктов легкий перекус. Ленка обычно приходила около трех часов, ей было далеко добираться. Поэтому до ее прихода я успевала что-нибудь приготовить.
Мы делали уроки, болтали обо всем, делились своими проблемами, родители были заняты, и с ними редко удавалось поговорить по мелочам.
Я вздрогнула от неожиданности, когда раздалась мелодия звонка в полной тишине. Звонил неизвестный номер, дурные предчувствия вернулись, и я вспотевшей от волнения ладошкой взяла мобильный и ответила на звонок.
- Алло?
- Ну, здравствуй, кроха. Если не хочешь, чтобы с твоими папочкой и мамочкой что-то приключилось, делай, так как я велю. Поняла?
- Вы блефуете! – Воскликнула я, не желая верить угрозам этого ненормального.
- Хорошо. Как знаешь. Вот фото, для достоверности моих слов. – С усмешкой произнес Дамир.
Услышав короткие гудки, я положила трубку, увидела полученные сообщения. Открыв их, я чуть не выронила телефон из рук. Окровавленное и разбитое лицо папы ужаснула меня, сидящая рядом с ним мама, тоже пострадала от рук бандитов. Над глазом был кровоподтек, одежда разорвана, косметика от слез размазана по лицу. Зажав ладонью рот, чтобы сдержать крик паники и ужаса, я по стеночке сползла вниз. Слезы полились из глаз. Боль в груди распространилась по всему телу. Опять звонок, но теперь уже номер определился, я подумала, наивно предположив, что это родители, которые позвонили, чтобы успокоить, сказать, что все хорошо.
- Теперь веришь, что не шучу? – Раздался все тот же издевательский мужской голос.