— Глаза опусти.
А я сама не могу объяснить, почему не отвожу взгляд или не туплю глазки в пол. Я не хочу ничего доказывать Эргору, провоцировать его на агрессию или заявлять, что не уважаю его.
— Глаза в пол, — повторяет Эргор.
Я даже не моргаю.
— Я сказал, — цедит сквозь зубы Эргор, — опусти глаза!
Затем он меня хватает за плечи, рывком поднимает на ноги и вжимает в дверь. Иссохшее дерево поскрипывает под моей спиной.
Эргор резко подается в мою сторону в желании меня поцеловать, но силовое поле шлемов не дают ему этого сделать.
Я чувствую, как невидимое поле вибрирует под его напором, и с моих губ срывается смешок.
Он нервный, без издевки, но Эргор стискивает мои плечи до боли и рычит:
— Сучка.
Осколки у его ног вздрагивают, медленно поднимаются в воздух, кружатся и соединяются в целый шарик, который подмигивает мне зеленым огоньком и говорит:
— Я не умер, Эли. Я жив.
— И не очень умная сучка, — поскрипывает зубами Эргор, которому так и не удается прорваться через силовое поле шлема к моим губам. — Саймона не то что не, его заткнуть нельзя.
— Так он притворялся? — разочарованно спрашиваю я.
Варгус, который молча за нами все это время наблюдал, вновь тяжело вздыхает, разворачивается и неторопливо шагает в сторону мертвого леса. Под его сапоги шуршит сухая трава и поскрипывает серая истощенная земля.
— Раз ты так плакала, то я тебе понравился, — белый шарик подлетает к нашим с Эргором лицам. — Эр, слушай, я думаю, что над тобой бы она так не плакала.
А затем имитирует смех и летит к Рензо, который разминает плечи и шею:
— А старшенький явно запал на Эли. Точно говорю, запал.
— Да ты что? — усмехается Рензо.
Эргор прищуривается, и опять из его груди поднимается вибрация рыка, от которой у меня ноги слабеют и мурашки по спине между лопаток бегут.
Но я в безопасности.
Эргор не может прорваться ко мне через шлем, силовое поле которого вспыхивает тонкой и едва-заметной паутинкой.
— Ты ошибаешься, Эли…
Ныряет рукой между моих ног и с улыбкой, что походит на оскал, прижимает ладонь к моей промежности. Я испуганно распахиваю глаза и задерживаю дыхание.
А костюм-то тонкий.
Я чувствую тепло руки Эргора. Пальцы давят на складки, к которым начинает приливать горячая кровь.
— Не надо…
— Ты у меня сейчас кончишь, Эли, — хрипло шепчет Эргор, вглядываясь в мои глаза. — И мне для этого не надо тебя целовать.
Я делаю прерывистый выдох, и Эргор медленно ведет пальцами по кругу. Я вздрагиваю о слабой волны, что пробегает от макушки до пят.
— Я предпочитаю, чтобы мои сучки кончали от моего члена, но с тобой пока обойдусь так.
Новый круг, от которого у меня подкашиваются ноги. Внизу живота начинает тянуть, и при новом движении пальцев, которые давят с каждой секундой сильнее, я выдыхаю жалобный стон.
Упираюсь слабыми кулаками в мощную грудь Эргора в попытке его оттолкнуть, а он в ответ грубо дергает рукой, резко проходит пальцами по клитору, и по ткани костюма от рывка Эргора пробегает искра.
Низ живота схватывает болезненный спазм, которая перерастает в пронизывающую судорогу.
Я испуганно вскрикиваю.
Судорога за судорогой на грани боли. Внизу живота, в глубине, пульсирует огненный шар, и от него расходятся волны слабости, что плавит мышцы и кости.
В глазах темно. На несколько секунд весь мир перестает существовать в этих влажных и мягких схватках ноющего лоно.
Я выныриваю из омута с громкими и шумными выдохами в объятиях Эргора, который самодовольно хмыкает:
— Жаль, костюм запер твой запах.
— Парни, — Саймон подает напряженный голос, — к нам гости. Шаттл “Ликанезиса” в нашу сторону.
Глава 14. Первый гость
В зловещем безмолвии, словно чернильное пятно на фоне серых облаков, над лесом завис угольно-черный шаттл: обтекаемый силуэт, плавные линии неоново-красной подсветки на хищных боках.
— Да твою ж мать, — Эргор с рыком выходит вперед и поднимает лицо к шаттлу. — Вот же уебки. Прилетели.
Я в нехорошем предчувствии сглатываю, потому что чувствую настороженное напряжение Эргора, Рензо и Варгуса. Они недобро щурятся на шаттл и низко порыкивают, готовые разнести его на винтики с шурупчиками.
Как в замедленной съемке, шаттл плавно снижается. Его мощные двигатели, скрытые под блестящей черной обшивкой, работают почти беззвучно, лишь негромкое гудение выдает их наличие.
— Напоминаю, что это миротворческая миссия, — говорит Рензо и разминает шею. — И если мы вступим в конфликт с Ликанезисом, то, по сути, объявим войну Альянсу.