Я крепко зажмуриваюсь.
Я чувствую под бедромтверду и требовательную эрекцию Рензо. Он касается ладонью моей спины и медленно спускается к пояснице.
Его совсем не смущает тот факт, что меня пару минут назад в душевой кабине взял в извращенной форме его старший брат.
— Почему меня это должно смущать? — выдыхает в мою шею, поглаживая бедро.
— Вы, что, все трое… — сдавленно спрашиваю я. — Трое… Это же… Извращение… Разврат…
— У нашей матери три мужа, — тихо и флегматично отвечает Рензо. — Официальных мужа, от которых она нас родила.
Я молчу.
До меня медленно доходит смысл сказанных Рензо слов, и от него отстраняюсь:
— Чего?
— У Рензо, Варгуса и Эргора, — вещает Саймон где-то над головой, — одна мама и три папы.
— Что? — поднимаю лицо к потолку с линиями тусклой подсветки.
— Хочешь покажу фотографию?
Я не успеваю ответить ни положительно, ни отрицательно, как у потолка всплывает голограмма групповой фотографии: одна хрупкая женщина-блондинка, которая сидит в кресле, скромно сложив ручки на коленях, и три здоровенных мужика в парадных черно-золотых мундирах за ее спиной. Один из них брюнет с самодовольной ухмылкой, второй — блондин с надменным изгибом бровей, третий — светлый шатен с подозрительным прищуром серых глаз.
— Кстати, парни, может, маме позвоним, а? — предлагает Саймон и фотография исчезает, — а то она будет волноваться.
Я так с открытым ртом продолжаю смотреть на потолок.
Три мужа?
— Давай попозже, — Эргор голым падает в кресло перед низким столом, который накрыт скромным ужином. — У нас тут…
— Я уже звоню….
— Да чтоб тебя, — вздыхает Эргор и тянется к тарелке с фрикадельками из мяса домашних крыс, которое считается для нас, жителей станции, деликатесом.
— Алло? — раздается приятный женский голос. — Сай, связь установлена?
— Привет, мам, — вздыхает Варгус рядом и зевает. Потягивается, подняв руки над головой, — как ты?
— Вар! — женский голос вспыхивает нежностью. — Зайчик, а где твои братья?
— Да рядом они, — цыкает Варгус и кривится, — от них же не избавиться.
— Не говори так, Вар, о своих братьях.
— Привет, мам, — отзывается Рензо, и в удивлении опять смотрю в его глаза. — У нас все хорошо.
— Насчет хорошо мы еще с вами побеседуем, — голос становится строже, и Рензо с Врагусом недоуменно переглядываются, — где Эр? Почему его не слышно? Его же обычно не заткнешь…
— Я тебя тоже люблю, мам, — бубнит Эргор с набитым ртом. — Я сел перекусить, блин, — облизывает пальцы от мясного соуса и подхватывает с тарелки кусок лепешки, — вот так сядешь пожрать спокойно, а не дадут…
— Ты лучше мне скажи, дорогой мой, — женский голос звенит возмущение, — какого черта вы поперлись на мертвую планету без охраны, без специального оборудования…
— Саймон сдал? — Эргор поднимает взгляд.
— Сдал и заверил, что мои расчеты были точными и нам не потребовалось спецтехника или усиленные защитные скафандры, — отвечает Саймон.
— Мальчики! — женский голос становится громче, — я, конечно, понимаю, что у вас тестостерон прет и тянет на приключения, но это было опасно.
Варгус рядом со вздохом опадает назад на мягкую спинку дивана и устало запрокидывает голову:
— Это была моя идея, мам.
— Вар! — охает женщина.
— Все, мам, до связи, — Рензо поднимает руку и щелкает пальцами.
Тишина, и над нашими головами с наигранной печалью вздыхает Саймон:
— Если вам интересно, то мама ваша сейчас невероятно возмущена.
— Я потом ей перезвоню, — Рензо подныривает одной ладонью под мои колени, а другой рукой подхватывает под спиной. Поднимается на ноги, и я крепко держусь за его шею с напряженным молчанием. — Извинюсь… А сейчас… — пронизывающе и прямо смотрит на меня, — у меня сейчас другая забота. Да, Эли?
Глава 23. Ты стала женщиной
Рензо кидает меня на кровать. Полотенце с меня слетает, и падаю я на матрас голая. Грациозности во мне мало, поэтому я развалилась перед Рензо с широко раздвинутыми ногами и раскинутыми в разные стороны руками.
Пытаюсь медленно свести колени вместе, под взглядом, что устремлен на мою раскрытую и опухшую промежность.
— Не смей, — коротким рыком командует Рензо.
Касается своей груди, сбрасывая обтягивающий комбинезон, будто вторую мертвую кожу, и щурится, внимательно разглядывая мой “цветочек”, который опять наливается теплой кровью.
Член Рензо покачивается медленным тяжелым маятником.
Накрываю лицо ладонями и поджимаю пальцы на ногах.