— Я думаю, что… — отзывается с кровати Варгус и зевает, а после потягивается и разминает шею, — вернулись они из-за Эли.
— Чего? — я срываюсь на хриплый и испуганный шепот.
— Я, — подает голос Саймон, — подтверждаю эту теорию тем, что после официального согласия мэра на их предложение присоединиться к миротворческой миссии они запросили досье Эли.
Глава 25. Хочу посмотреть
У меня от слов Саймона, что те трое оборотней, с которыми мы пересеклись на Атерии, потребовали досье, сердце разгоняется.
Щеки горят, и я понимаю, что я взволнована, да так взволнована, что ладошки вспотели.
— Так, — Эргор переводит на мое лицо удивлённый взгляд. — Это еще что такое?
А я не знаю, почему так часто бьется сердце. Пристыженно отвожу взгляд и крепко зажмуриваюсь, будто так я исчезну с колен Эргора, который хмыкает:
— Тебе еще трех мужиков подавай?
— Нет, — пищу я и втягиваю голову в плечи, а сердце уже бьется так, что оглушает.
— Вот же шлюшка, — смеется Рензо. — Мы тут стараемся, а тебе мало?
— Хватит, — накрываю лицо ладонями.
— В любом случае первыми у тебя были мы, — Эргор похлопывает меня по бедру. — И вряд ли им понравится рабыня, — выдыхает в ухо, — которой со всех сторон полакомился Президиум Коалиции.
Я вздрагиваю, уловив в его голосе тихую угрозу для меня. Кошу на него взгляд, напряженно приподняв подбородок.
— Если они из-за тебя тут, Эли, — Эргор обнажает ровные белые зубы в оскале превосходства, — то они захотят с тобой лично и близко побеседовать.
Я напрягаюсь еще сильнее. Аж мышцы схватывают болью.
— Мы бы могли быть против, — Эргор касается моего подбородка, — но… они же взбесятся, когда учуят на тебе наши запахи. Когда поймут, что ты не целочка…
— И вот любопытно, — Рензо запрокидывает голову, — они сражаться или нет?
— Как думаешь, Эли? — спрашивает Эргор, надменно вскинув бровь.
— Ты отдашь меня им?
Жар у затылка нарастает и полной идет по спине к ягодицам. Эргор говорит ужасные вещи и планирует меня использовать в играх с другими оборотнями, а меня накрывает странная ответная реакция.
Не страх.
Не отчаяние.
Не паника.
А волнение и глубокий трепет где-то под сердцем у желудка.
— Да ты сама не против, — мимо дивана проходит Варгус в сторону душевой кабины. — Опыта ты немного с нами набралась.
— И члены уже не так напугают, — Эргор сжимает мой подбородок до боли, вынуждая посмотреть на него, — но первыми у тебя были мы, и наш запах ты уже не смоешь.
— Я не хочу…
— Лжешь, — Рензо разочарованно прищелкивает языком, — Эли, это глупо. Мы чуем ложь, а я ее предугадываю с полуслова.
Тогда мне лучше молчать, но это тоже никак меня не защитит, потому что эти чудовища могут и в мысли залезть, и увидеть даже то, о чем я не подозреваю о себе.
— Кстати, Альфы “Ликанезис” вышли на связь, — Саймон имитирует усталость и раздражение, — принять их видеовызов с официальными приветствиями в качестве новых миротворцев?
— Нет! — я взвизгиваю я и пытаюсь вскочить с колен, но Эргор грубым рывком возвращает меня к себе на колени и затем резко вскидываю руку к моей груди.
Стискивает сосок.
Меня пробивает острой искрой боли, и я открываю рот, хватая воздух с короткими болезненными стонами.
— Не дергайся, Эли, — глухо рычит мне в щеку, — мы тут решаем, что да, а что нет. Как принято?
Я могу лишь слабо кивнуть и опять замереть.
— Вот, хорошая девочка, — разжимает пальцы, и я прикладываю со всхлипами ладонь к горящей груди.
Закусываю губы, чтобы не расплакаться от обиды и стыда.
— Конечно, мы принимаем дружественный звонок от других миротворцев, — Эргор с усмешкой вновь поглаживает меня по бедру. — Теперь нас объединяет общее дело по спасению старой станции.
— Ты сам веришь в то, что сказал? — Рензо смеется.
— Я принимаю видео-вызов…
Утыкаюсь красным лицом в мощную шею Эргора в желании хоть так себя скрыть от глаз других оборотней.
— Застеснялась крошка, — с наигранной печалью вздыхает Рензо.
Вот ему тоже не мешало застесняться, учитывая, что он развалился на диване голым и бессовестным.
— Вновь приветствую, — говорит с тихим самодовольством Эргор. — Я как инициатор миротворческой миссии по спасению станции “Аталантис” рад, что ее судьба обеспокоила и Альянс. Шансы на выживание возрастают. Это не может не радовать.