Раскрыта перед взглядом Дагора вся. Мое влажное и отечное лоно “распустилось” перед оборотнем развратным цветком, с лепестков которого скатываются вязкие капли смазки.
Смотрю вперед и краснею от его нового приказа:
— Теперь ползи, крошка, к кровати.
— Почему…
— Ротик прикрыла.
У меня схватывает глотку болезненным спазмом и слова застреваю колючими камешками.
Путь до кровати лежит через зону отдыха с диванчиком и креслами.
Пол под коленями и ладонями - холодный и гладкий.
Двигаюсь медленно, осторожно и крепко сцепив зубы. От стыда горят шея, лицо, уши и даже кожа под волосами.
Дагор неторопливо следует за мной.
Я оглядываюсь.
Он уже снял мундир, который откидывает в сторону с надменной ухмылкой предвкушения.
— Помяукаешь, Эли?
Я хочу ответить отказом, но вместо этого я издаю злое “Мяу!” и удивленно округляю глаза.
— Какая миленькая кошечка, — расстегивает серебряные пуговицы черной рубашки с воротничком-стоечкой.
Распахивает рубашку, будто хвастается грудными мышцами и крепким напряженным прессом.
Отворачиваюсь и продолжаю путь.
Я думала, что Эргор с братьями - извращенцы и жестокие мерзавцы? Я ошибалась. Высокомерный блондин позади меня переиграл их.
Хочу обратно к ним.
Вскрикиваю, потому что Дагор хватает меня за волосы и дергает на себя, вынуждая приподняться меня на коленях.
— Но ты тут со мной, сучка, — рычит он и недобро щурится на меня. — Ползаешь и мяукаешь. Что же ты не попросила их заступиться за тебя? Они бы заступились, но ты и их разочаровала.
— Не надо за меня заступаться, — дерзко отвечаю. — Они, как и вы, лишь кобели, которых я должна лишь развлечь. Никаких обязательств, — делаю паузу и тихо, но четко проговариваю, — каждая моя щель в твоем распоряжении.
Конечно, я краснею и меня даже потряхивает от своих же грязных и противных слов, но надоело быть стыдливой скромницей.
— Любишь скалить зубы?
— А ты унижать.
Дагор приподнимает бровь, и я не могу понять, что я сейчас вижу в его глазах. Одобрение или снисхождение, как к глупой зверушке, которой он позволяет немного порезвиться перед тем, как напомнит ее место.
Отпускает мои волосы, стягивает рубашку, поигрывая мышцами, а затем шагает к кожаному креслу, в которое устало падает и вытягивает ноги в высоких черных сапогах.
— Раз ты такая смелая и дерзкая и каждый раз пытаешься перетянуть контроль к себе, — откидывается назад и скалится на меня в улыбке, — будешь сверху.
Недоуменно моргаю.
— Любимая поза смелых и дерзких девочек, — усмехается.
Не тороплюсь ползти к Дагору, который насмешливо вскидывает бровь:
— Или ты только на словах смелая, но любишь унижения, м? И любишь, когда тебя берут силой?
Буду честной, но такого я не ожидала. Я была готова именно к тому, что в апартаментах Дагор кинется на меня диким и грубым зверем, который зажмет мне рот, чтобы заткнуть крики…
— Могу устроить, Эли, — цыкает, — но даю шанс побыть смелой и дерзкой, — делает паузу и презрительно спрашивает, — или ты все же по унижениям?
— Нет, — торопливо и не подумав перебиваю Дагора, — я не люблю, когда меня принуждают и унижают.
— Правда? — изгибает бровь и разводит руки в стороны. — Тогда я весь твой, крошка. Покажи мне, как ты любишь.
Глава 34. Поиграем, Альфа?
Сажусь. Выдерживаю несколько секунд прежде, чем подняться на ватные и непослушные ноги. Меня покачивает в сторону, но удерживаю равновесие под пристальным и темным взглядом Дагора.
Замираю опять на несколько секунд под гулким ударом сердца, которое будто переворачивается в прыжке у глотки.
Дагор не моргает.
Делаю один маленький шажочек в его сторону. Смотрит изучающе и словно сканирует меня до самых костей.
Еще один шаг, и я готова осесть на пол в теплой слабости, которая накатывает на меня новой волной, и Дагор ухмыляется:
— Не хочешь поторопиться?
— Не люблю спешку, — отвечаю я и густо краснею до кончиков ушей.
Дагор расплывается в улыбке:
— Понял и принял.
Устраивается в кресле поудобнее, продолжая скалиться в наглой самодовольной улыбке. Закидывает руки на подлокотники и широко расставляет ноги, не спуская с меня черного от возбуждения взгляда.
Внизу живота тяжелеет и будто кишки набухают. Я сглатываю, и на цыпочках семеню к Дагору, чьи зрачки расширяются.
Я останавливаюсь, потому что у меня дыхание сбивается и апартаменты расплываются перед глазами.