Только Дагор сейчас четкий, будто на фотографии, на которой ему повысили резкость. Вдыхаю через полуоткрытый рот и понимаю, что не хочу сбегать, но и подходить к Дагору — страшно и стыдно.
— Я тебя все равно отымею, — в голосе Дагора я улавливаю нотки раздражения. Они острыми колючками прорываются в его тихом тоне, — но я даю тебе невероятный шанс самой трахнуть Альфу…
— Нет!
Отвечаю я, и голос у меня звенит возмущением, от которого трезвею. Дагор вскидывает бровь, и я вижу, как у него в напряжении вздрагивают крылья носа. Спешу оправдаться:
— Мне не нравится… это слово… — с трудом выдерживаю острый и прямой взгляд Дагора.
— Какое? — раздражение в его тоне сменяется тихим гневом.
Я хожу по краю. Чувствую кожей, как в нем закипает ярость, которая может обернуться тем, что он набросится на меня и возьмет без лишней возни.
— Трахаться, — мой шепот вздрагивает. — Грубое и некрасивое…
— Да?
— Лучше… — мой шепот становиться тише и походит на шорох листа бумаги по камню, — лучше сказать…
— Говори, — чеканит Дагор.
Но что-то сдерживает его от агрессии. Любопытство?
Опускаю взор и выдыхаю, густо покраснев под темным взглядом, от которого по телу проходит волна жара:
— Лучше сказать... — шолос вздрагивает, — заниматься любовью…
Я сейчас точно грохнусь в обморок. Я не чувствую ног, а саму меня, кажется, даже покачивает, будто в густом и теплом мареве смущения.
Дагор молчит, а я взгляда не поднимаю.
— Ладно, — наконец говорит он, и я слышу в его тихой усмешке хриплое удивление, — покажи мне, как ты занимаешься любовью.
Я медленно поднимаю взгляд, и у меня сердце в груди пробивает несколько резких и быстрых ударов, разгоняя вскипяченную кровь по венам.
— Ты меня заинтриговала, крошка.
Дагор не отводит взгляда, а за его расширенными зрачками почти не видно радужки. Мы одновременно выдыхаем и делаем медленные глубокие вдохи, вглядываясь в глаза друг друга.
Заняться любовью с Альфой?
От этой сладкой и густой мысли в животе становится тяжело.
Будто в трансе я делаю еще несколько шагов, не разрывая зрительного контакта с Дагором, который напряженно сглатывает, и из глубин его груди поднимается нутрянной рык.
Это черный призыв, в котором я чувствую свою власть. Я замираю в шаге от него. Смотрит и не моргает, а пальцы напряженно сжимают подлокотник.
Дагор отдал мне всю инициативу, чтобы узнать меня.
Узнать, какой я могу быть в близости, если я буду ведущей.
— Эли…
Мурашки бегут от хриплого шепота, который вибрирует тихим рыком, и я на него отвечаю тяжелым влажным выдохом.
Хочу.
Моя кровь — чистое желание, и я позволю Дагору прочувствовать его. Насладиться им, и в этом наслаждении он будет моей жертвой.
— Эли…
Один шаг, и я под нетерпеливый рык медленно опускаюсь на колени Дагора. Касаюсь его щеки, пьяно всматриваясь в его черные зрачки. Вздрагивает, как от ожога, и вновь сглатывает. Прижимаю пальцы к его кадыку, который мягко перекатывается под кожей, наклоняюсь и шепчу в полуоткрытые губы:
— Поиграем, Альфа?
Глава 35. Мне понравилось
Бесстыдно оседлав колени Дагора, пробегаю пальцами по его лбу. Кожа немного влажная от испарины, а на виске пульсирует венка, которую я касаюсь на выдохе губами.
Дагор с рыком сжимает мои ягодицы до боли, и я резко отстраняюсь от него. Упираюсь руками о мощную грудь, жар которой обжигает мои ладони, и щурюсь, вглядываясь в темные от возбуждения глаза.
Своим молчанием я намекаю Дагору, который вновь утробно клокочет, что сейчас я — главная.
Сжимает мою попу сильнее, поскрипывает зубами, а затем медленно убирает руки на подлокотники кресла, не спуская с меня взгляда.
Я же могу пошалить? Да?
Дагор же сам позволил мне показать меня с той стороны, с которой я саму себя не знаю.
— Хороший мальчик, — с шепотом подаюсь к нему и целую в ямочку под правой мочкой.
Взбрыкнет?
Скинет с колен, чтобы затем наказать за тихую и ласковую дерзость?
Нет. Сидит и медленно выдыхает, а я в награду целую его шею ниже.
Я будто пьяная от терпкого и густого запаха Дагора, в котором я угадываю нотки мускусного пота и древесную горечь.
Делаю глубокий вдох у ключицы, и со стоном, который я даже не пытаюсь сдержать, закрываю глаза.
Его запах словно отпечатывается в моих легких ожогами и плавит все альвеолы в капельки вожделения.
Мои ладони скользят по груди Дагора, плоть которого под кожей кажется мне горячей сталью.