— А ну, прекрати немедленно, — клокочет Дагор.
Под его приказом у меня слабеют челюстные мышцы. Он аккуратно отстраняет меня и приваливает к влажной кафельной стене, вглядываясь в глаза.
— Маленькая злобная сучка, — Глухо отзывается он, но в его голосе нет настоящей ярости.
Я фыркаю, отплёвываясь от струй воды:
— Мыть меня может только Эргор! Только он!
— А вот и нет, — он хватает меня за плечи и подставляет вновь под струи воды.
Я опять пытаюсь укусить его, но он рявкает:
— Хватит! А то я тебя сейчас укушу!
Я замираю под его волей, что будто обжигает меня изнутри, и сипло выдыхаю:
— Козлина… Так нельзя… Я не хотела… Ты заставил меня…
— Щаставил быть чистой? — усмехается он.
Дагор выхватывает из глубокой ниши полотенце, и струи воды обрываются. Несколько капель приземляются мне на макушку.
Дагор вытирает мои волосы и укутывает в тёплый махровый кокон.
— Видишь, ты не умерла, — скалится в улыбке. — И не случилось конца света…
— Эргор... — судорожно выдыхаю я, и меня начинает потряхивать. — Только Эргор… Эргор…
— А вот и нет, — Дагор наклоняется, и кончики наших носов почти соприкасаются. — В этот раз я тебя помыл.
Какая подлость!
Какая беспринципность!
Он подхватывает меня на руки, и я опять вскидываюсь в желани вырваться и сбежать.
Меня накрывает реальная истерика, которую не объяснить логикой. Она идет из тех глубин души, которые до встречи с оборотнями я не знала. В ней много импульсивности, иррациональности и диких эмоций, которые обычный человек не испытывает.
Я чувствую себя предательницей, той, кто дала обещание Эргору и нарушила его.
Мне так стыдно, словно нас с ним связывала клятва, а я ее не сдержала.
Но это же абсурд!
Дагор выходит из душевой кабины.
Грохот. Я вздрагиваю на плече Дагора, который медленно спускает меня на ноги.
Новый грохот - кто-то рвётся в покои Альянса.
Это Эргор. Я призвала его. С круглыми и испуганными глазами оглядываюсь на дверную панель, на которой проявляются жуткие выпуклости под яростными ударами и бросками.
— Пришёл кобелёк, — самодовольно вздыхает Дагор и делает шаг вперёд, хрустнув шейными позвонками.
В этот момент искореженная панель падает на пол. Жуткий скрежет, искры проводки и дым, из которого выходит с низким вибрирующим рыком Эргор.
Швы брюк и мундира трещат на его теле, которое будто раздулось. Ткань натянулась на мышцах.
Его лицо искривлено гримасой ярости, а на шее и висках вздулись синеватые вены.
Я замечаю, что его уши немного заострились, а изгибы ушных раковин покрылись серой шерстью.
Глаза горят желтым пламенем ненависти.
— Вот блин, — испуганно шепчу я и отступаю на несколько шагов. — Вот блин…
— Один на один, мудила, — слова Эргора сливаются в рык.
— Альфа Коалиции оставил переговоры на братишек? — усмехается Дагор, и на его плечах пробивает густой мех.
Я издаю звук между отчаянным покряхтыванием и шокированным смешком:
— Какие вы волосатые…
Я точно тронулась умом.
И, может быть, мне больше не вернуть трезвый рассудок.
— С удовольствием притащу твою голову на переговоры, — Эргор обнажает зубы и его клыки вытягиваются, — а после и твоих братьев обезглавим. Это наша… — его лицо вытягивается в жуткую волчью морду, и обрастает шерстью, — наша сука… наша Нареченная…