Когда-то они, возможно, и были полноправными членами общества, но сейчас они стали не более чем монстрами, которые сделают всё, что угодно, чтобы выжить.
Я села прямо и свесила ноги с узкой койки, на которую они меня положили.
— Большие злые Клыки любят запирать в клетки маленьких человечков, да?
Я обратила своё внимание на Клыка, который укусил меня — Эша, так они его звали.
— Я ценю то, что ты вытащил меня из лап смерти, но мне нужно идти.
Я встала и подошла к прутьям решётки.
— Выпустите меня.
— Ты явно не в том положении, чтобы отдавать приказы, — отметил все тот же Клык с ехидным голосом.
Я перевела свой взгляд с огромного тела Эша на второго Клыка. Дизайнерская бородка, каштановые волосы и теплые карие глаза. На нем была чёрная футболка, которая крайне выгодно подчёркивала его широкую мускулистую грудь и бицепсы. И, если бы не высокомерное выражение его лица, его можно было бы назвать привлекательным. Он был меньше Эша и даже мог сойти за человека, если бы его глаза не выдавали голод. Глаза, которые не отрывались от моей шеи.
Я сжала зубы.
— Дотронешься до меня — сдохнешь.
Он плотоядно улыбнулся в ответ.
— И как ты намерена защищаться?
Он подошел к моей клетке, и у меня не возникло ни малейших сомнений, что передо мной настоящий хищник: плавное движение его мышц, сверкнувшие клыки и внимательный блеск его тёмных, кофейных глаз. Прутья решётки были единственным, что защищало меня в данный момент, но будь я проклята, если струшу.
Следующее движение Эша было настолько быстрым, что слилось в размытое пятно. В одно мгновение он оказался стоящим возле моей клетки, спиной ко мне, и в его рычании слышалась неподдельная угроза.
— Чёрт, Эш, — второй Клык поднял руки и отошёл назад. — Я не собираюсь её кусать, по крайней мере пока её не проверят… Да. Я знаю, что ты сказал, что она чиста, но это было до того, как на неё напали Одичалые…
Эш стоял ко мне спиной и не произнёс ни слова, но каким-то образом всё же общался со своим товарищем. Возможно, язык жестов?
— Какого чёрта, чувак? — произнёс второй Клык. — Ты ведь знаешь наши порядки. Мы делимся. Всегда.
Его тон был беспечным, но изгиб челюсти выдавал его злость.
Два Клыка стояли друг напротив друга целую минуту, и затем Эш начал угрожающе наступать на своего собеседника.
Второй же Клык настаивал на своём.
— Она лишь еда. Пойми это наконец!
И уже в следующий миг он пролетел через всю комнату и врезался в стену. Закашлявшись, он потряс головой, будто пытаясь её прочистить, и поднялся на ноги.
Его карие глаза светились золотыми искрами, а зрачки расширились и излучали угрозу.
— Так, так. Это ведь я здесь обычно нарушаю правила.
Он наклонился в сторону, приподняв голову, чтобы заглянуть мимо Эша в камеру.
— У тебя, должно быть, божественный вкус, раз Эш настолько потерял из-за тебя голову.
Эш сделал шаг назад, упёршись в прутья и заслоняя меня от взгляда второго Клыка.
— Посмотрим, что скажет Ной. Если она чиста, она принадлежит всем нам.
Мой пульс ускорился.
— Идите к чёрту. Я никому не принадлежу. Выпустите меня немедленно.
Он нахально ухмыльнулся мне, и его улыбка не сулила ничего хорошего, затем он встал и вышел из комнаты, захлопнув за собой дверь.
Я пихнула Эша в спину через прутья решетки.
— Моя кровь спасла тебе жизнь, и в качестве благодарности ты притащил меня сюда? Чтобы я стала чёртовой закуской для тебя и твоих товарищей…
Я задыхалась словами и попыталась сдержать нарастающую панику.
Эмоции ни к чему не приведут. Думай, чёрт возьми. Из этой ситуации должен быть какой-то выход. Он спас мне жизнь, но, похоже, не намерен делиться мной с остальными. Может я могу как-то воспользоваться этим?
— Слушай, выпусти меня отсюда, помоги мне найти друзей, и, я обещаю, что буду твоя.
Естественно, я лгала. В этом мире обещания больше ничего не значили. Они были лишь средством достижения цели и возможностью получить преимущество в нужный момент.
Он обернулся ко мне лицом к лицу и посмотрел на меня сверху вниз, его серебряные глаза светились в полумраке, и затем он вздохнул и покачал головой.
— Что? Да? Нет? Может быть? Что? — я схватилась за прутья решётки, и мои костяшки на руках побелели от напряжения. — Мои друзья всё еще там. Они одни, и без меня они не выживут.
Его бровь изогнулась, словно спрашивая, не слишком ли я самоуверенна.
— Это не самоуверенность, это факт. Эмили не умеет выживать в этом мире, а Тобиас слишком заботлив. Из-за нее он погибнет.