- Я хочу прикоснуться к твоим крыльям, сынок, - голос отца внезапно дрогнул. – Я могу показать книгу, где перечислены все наши предки, и все они были борками. Твоя кровь чиста. Поэтому я не понимаю, как такое могло произойти.
- Я знаю, отец, - произнёс успокаивающе Тонат. – Это-то и удивительно, - он указал на Глашу, внимательно следившую за всеми блестевшими глазами. – Это всё она и её волшебные силы.
- Будем знакомиться заново? – улыбка Проната была открытой и дружелюбной.
- Мы не успели познакомиться при нашей первой встречи, Правитель, - осторожно произнесли Глаша, стараясь не выказывать истинные чувства.
- Да, моя вина, прошу простить меня, - Пронат был сама галантность.
Глаша подняла голову и открыто рассматривала свёкра:
- Давайте познакомимся, - она преодолела неприязнь к нему только потому, что он был отцом мужа.
Пронат стал задавать ей вопросы о её семье, вообще о жизни на родной планете, и Глаша отвечала содержательно; когда она говорила о своей семье, в глазах её Пронат заметил грусть, любовь и понял, что жена у сына добрая, светлая, что будет также крепко любить и его сына, и, может быть, частичка её любви достанется и ему, её глупому свёкру.
Пронат и Глаша
Он встал, повинуясь порыву, пересел к ней поближе и предложил ей попробовать принесённые лакомства, среди которых были самые любимые им конфетки.
Глаша удивилась перемене в поведении Правителя, но не подала виду, и это тоже отметил Пронат как достоинство. Он ухаживал за ней, отвернувшись от мужчин, оторопело наблюдавших за ним.
- Не прогуляться ли нам по дворцовому парку? – спросил неожиданно Пронат и первым встал.
Он предложил руку Глаше, помог ей встать и направился к дверям, даже не взглянув назад. Мирэл и Тонат пошли за ними следом, молча переглядываясь. Им уже не нравилось столь пристальное внимание Проната к их женщине.
А Правитель Борка шёл легко, непринуждённо рассказывая ей о своей планете. Глаша слушала и испытывала двойственные чувства: ей было очень интересно слушать Проната, и вместе с тем она чувствовала усиливавшееся недовольство мужей. Остановилась, задала вопрос Тонату о событиях, о которых рассказывал его отец. Тонат ответил - так она втянула в разговор обоих мужчин. Пронат заметил её манёвр и опять восхитился: юная, а такая понимающая, чуткая!
Они общались и гуляли долго. Затем Пронат предложил им отобедать вместе, на что получил согласие. После они совершили прогулку на воздушном катере: Правитель знакомил Глашу со своими владениями. Она была под сильным впечатлением, что опять не укрылось от внимательного взгляда Правителя.
Зачем он всё это делал? Он и сам не смог бы дать внятного ответа. Девушка ему очень понравилась, если бы она не была женой сына, он сделал бы всё возможное, чтобы она стала его, Проната, женой. Он чувствовал, как её молодость, свежесть, порядочность кружат ему голову, срывают все запреты. Мирэл сначала негодовал, а потом перестал, и лёгкая насмешка появилась на его лице, но Пронат этого не видел. Тонат находился в раздрае: он переводил взгляд с жены на отца и обратно и испытывал смешанные чувства: недоумение, жалость, возмущение – и не знал, что с этим со всем делать.
Наступившая ночь остановила взбудораженного Проната. Глаша и мужья удалились в спальню Тоната, оставив растерянного Правителя Борка одного.
Он не понимал, что с ним происходит. Жена сына перевернула всё внутри, разбудила-растревожила душу. Он сел в кресло, сжал пальцами виски и замер. Потом встал, спустился в парк и пошёл по тому маршруту, по которому водил сегодня девушку. Правитель задумчиво бродил по пустым ночным аллеям, останавливаясь и вспоминая её улыбку, приятные слова, её сдержанность и доверчивость. Он понимал своего сына: Глаша была открытой и светлой, и была притягательной своей неискушённостью и во многом наивностью. Сам не заметил, как оказался под её окнами. Поднял голову и увидел, как сын и его побратим нежно и властно обнимают свою жену. Внутри разлилась горечь: он мучительно захотел быть там с ней, на месте её мужей, но, ломая себя, заставил уйти от её окон и прогнал себя в темноту аллей, чтобы свежий ночной воздух взбодрил, остудил его и помог навести порядок в голове и душе.