Следом показался отец со словами «Я же говорил, она вернётся», потом появлись брат и обе сестры. И все плакали от радости из-за того, что история закончилась благополучно.
Конечно, рассказывал обо всём Серый. Он стоял рядом с Глашей, в какой-то момент взял её руку в свою, и она не отняла, и это было замечено всей семьёй, но не прокомментировано.
Родители переглянулись и улыбнулись: пусть встречаются, может, толк выйдет. В общем, Серый получил немое, но красноречивое разрешение на отношения с Глашей. Она села между родителями, и так они сидели долго, обнявшись. Марк и Серый вместе с младшими накрыли на стол, и вот уже вся семья пила чай и рассуждала о странном исчезновении Глаши, о её потере памяти.
- Совсем-совсем ничего не помнишь, дочка? – как-то недоверчиво спросил отец.
- Совсем, папа, абсолютно, - отрицательно качала головой. А все переводили взгляды с неё на Серого, и каждый терялся в догадках.
- Ничего, дочка, вспомнишь, даст Бог, - проговорила успокаивающе мама и погладила по голове. От этой её заботы и ласки Глаша почувствовала себя маленькой девочкой и заревела, как делала это в детстве: уткнулась в мамину грудь и отпустила себя. Никто её не останавливал, все отнеслись с пониманием, а мама и сёстры сидели с полными от непролитых слёз глазами.
Глаша почувствовала мощную поддержку, какую может дать только семья. Великая сила – семья!
Глава 43
Мирэл не мог найти себе места уже целую неделю. Он каждый день перемещался к Ладе, которая благодаря любви и поддержке мужей быстро восстановилась. Она рассказала о своём жутком путешествии, и сейчас они все вместе думали о том, как пробить защиту, за которой кто-то скрыл Глашу. Лада хотела попробовать пробиться к ней, но мужья категорически были против: они не хотели рисковать здоровьем и жизнью своей единственной любимой и матерью своих детей.
Мирэл не мог оставаться один, потому что одиночество приносило с собой кошмары. Айкор не мог сидеть на одном месте, он начинал ходить, методично мерить ногами многочисленные коридоры.
Доведя себя до изнеможения, он падал на диваны или кровати и забывался тяжёлым сном, который не раз прерывался одной и той же сценой: какой-то незнакомец заставлял Глашу выйти за него замуж и сейчас держит её в заточении.
Мирэл просыпался в липком холодном поту, резко поднимался и вновь возобновлял ходьбу. Он потерял аппетит. Его тучное тело уменьшилось за эти дни весьма ощутимо.
Как быть дальше, он не представлял и медленно сходил с ума.
По-другому вёл себя Тонат. Он сохранил вырванный у Глаши волос. Тонат краем уха слышал о разработках сартов что-то уж очень нереальное, по его мнению. Они могли, изучив ДНК потерявшегося жителя Империи, загрузить полученную информацию в созданный ими (Серджем и Кромом) поисковик (или поисковики) и запустить в космос. Продвинутый борк сразу же смекнул, что новейшее устройство можно разместить на планете - задействовать в поиске Глаши.
Сарты смогли создать поисковики разных радиусов поиска. Тонат обратился к самим конструкторам. Они отнеслись к нему прохладно, помня его стремление жениться на Ладе – близкой подруге их жены, но в помощи не отказали. Сейчас у Тоната было пять поисковиков с загруженной в них информацией. Он распределил их так: один запустит на Куркасе, второй – на Айкоре, два других выведет в космос, а последний отправит к Земле, чтобы найти её место пребывания на родной планете. Он найдёт её для себя. Увезёт на Борк, создаст все условия для того, чтобы у неё больше никогда не появилось желание сбежать или найти себе другого мужчину.
Он будет принадлежать только ей, она – только ему. В таких примерно мечтах пребывал Тонат. Он переживал, конечно, что Глаша сейчас недоступна (в буквальном смысле), но успокаивал себя тем, что с помощью поисковиков он её найдёт первым. Наследник жил надеждой, и не беспочвенной. Поэтому не впадал в такое ужасное состояние, в каком находился его друг Мирэл. С ним Тонат видеться не хотел. На самом дне души борка копошилась совесть, издавая слабый шёпот: нельзя, говорит, у друга отбивать девушку, это подло. Он глушил эти немощные попытки совести и чувствовал себя приемлемо.