- Черт подери, - прорычал я.
Услышал за спиной, как зевают собаки, Мирта тут же, подскочив со своего места, притрусила ко мне и ткнулась мордой в ладонь. Вчера, когда незваная гостья наконец уснула, я запустил собак в дом, где они обычно и находились.
- Ну что, Мирта, будем возвращать себе покой? - спросил собаку, поглаживая ее пушистую шерсть.
Я подъехал к ночному столику и, взяв с него телефон, набрал номер отца. Вернулся к окну, сверля сугробы взглядом. Черт знает что. Надо было не соглашаться и не впускать девку, пусть бы катилась, откуда приехала.
- Доброе утро, сын, - поздоровался отец, едва ответив на звонок.
- Это что еще за фокусы? - без приветствий начал я. - Подсылаешь ко мне очередную помощницу? Сиделку! Называй вещи своими именами!
- Я еще ни слова не сказал, - справедливо заметил старик.
- Какого черта, отец?
- Тебе нужна помощь!
- Дороти отлично справляется.
- Если я не ошибаюсь, Дороти на две недели улетела к семье, и ты остался один. А теперь, когда горы завалило снегом, она не сможет добраться до тебя и в эти сроки. Так что милая Райли оказалась там вовремя.
- Она сиделка, да?
- Помощница, Итан, - поправил отец, а я едва сдержал рвущийся из груди рык.
- Помощница, - фыркнул я. - Она даже камин разжигать не умеет! Чем она мне будет помогать?! Не удивлюсь, если и банальную яичницу не сможет приготовить.
- Вообще-то приготовлю! - раздалось возмущенное от входа в комнату, и я развернул кресло, сверля нахалку взглядом.
- Вон из моей комнаты! - проревел, но девушка даже не вздрогнула.
- Я пришла позвать вас на завтрак.
Невозможно было не заметить, как она старалась сдерживаться, чтобы не начать кричать на меня. Она так напряглась и покраснела, что мне показалось, еще секунда - и у нее из ушей пойдет пар.
- Вон, я сказал! - уже спокойнее, но все еще на повышенных тонах отозвался я.
Девица бросила на меня испепеляющий взгляд, а потом увидела стоящую возле меня Мирту и, ахнув, удалилась. Прекрасный способ избавиться от навязчивой сиделки.
- Ни манер, ни воспитания, - пробурчал я.
- У Синтии были манеры, - вклинился отец. - И воспитание. И где она сейчас?
- Не смей называть ее имя, - процедил я сквозь зубы, привычно потерев грудную клетку, в которой саднило при одном упоминании бывшей невесты.
- Да-да, помню, она как всем известный волшебник, чье имя нельзя называть. Давай так, - миролюбиво начал отец, - Райли пробудет в твоем доме месяц. Потом должен сойти снег. По крайней мере, до уровня, когда сможет проехать машина. Дороти вернется к своим обязанностям, а Райли сможет уехать. Если, конечно, ты захочешь ее отпустить.
- Я уже хочу.
- Это невозможно.
- Для тебя не существует такого слова. Пришли вертолет.
- Погода нелетная.
- О, правда? А если б со мной тут что-нибудь случилось? Ты бы тоже так сказал?
- Не перекручивай.
Я слышал, что отец начинал выходить из себя, и мне садистски хотелось довести его до белого каления. Но каждый раз, когда на меня находило такое желание, я вспоминал, почему берег отца.
Почти год назад Дональд Фишер едва не похоронил всю свою семью. Когда я упал со скалы и впал в кому, врачи строили самые ужасные прогнозы. Моя мама, не выдержав напряжения, умерла. Болезнь сердца, медленно тлеющая в ее теле, дала о себе знать обострением, и в итоге ночью, как раз перед тем, как я пришел в себя, она умерла от приступа.
Тяжело вздохнув, я зажмурился и потер переносицу.
- Ладно, но только месяц, - наконец произнес. - И ни днем больше.
- Дальше уже сам будешь решать.
Попрощавшись, я отключился и, спрятав телефон в карман, развернул кресло.
- Просыпайся, Фокс, - сказал спящему псу, и тот открыл глаза. - Идемте знакомиться с… - я скривился, - помощницей.
Будь я здоров и полон сил, порадовался бы такой гостье. Во внешности Райли было все, что привлекало мужчин: пышная упругая грудь, округлые бедра, манящая попка и тонкая талия. А еще длинные волосы и яркие зеленые глаза. Красавица. Только, мне показалось, что сама Райли не до конца осознавала свою привлекательность. Что ж, мне это было только на руку, поскольку я ни черта не мог дать женщине, кроме денег. Но любовь за деньги у меня уже была. А меня самого теперь вряд ли кто-то мог бы полюбить и, тем более, захотеть.
Съезжая на лифте вниз, чтобы отправиться на кухню, я прислушивался к звукам и запахам. Даже на лестнице витал аромат еды, и меня это раздражало. Неужели она не могла включить вытяжку?!
Спустившись, я сразу нажал на рычажок на коляске, чтобы добраться до кухни и устроить своей незваной гостье выволочку, но замер на пороге. Райли, облаченная в обтягивающие леггинсы и тонкую кофту на одно плечо, слегка наклонилась, чтобы заглянуть в духовку, тем самым демонстрируя свои прелести. Я же, как и всякий мужчина, был неравнодушен к красивым женским ягодицам, но сейчас они во мне вызывали только ярость. Потому что какой толк от такой красоты, если я ничего не мог с этим сделать? Даже любоваться было бесполезно.