— Рот закрой! — рявкнул Киртан и рванул к Олафу. Асмин и Эрлин еле удержали его, а Лайзар стал между ними.
— А что я не так говорю? Променял нашу дружбу на… эту!
— Ты сам сделал все, чтобы так произошло.
— Я?
— Ты не прав, Кир, — глухо произнес Лайзар. — Вы трое… вы предпочли ее нам, а ведь клялись, что бы ни случилось, будем вместе.
— Знаешь, Лай, — вместо Киртана произнес Эрлин, — почему даже у детей боги не принимают вечных клятв? А потому что мы не остаемся детьми. И из тех, кто когда-то были лучшими друзьями, верными, честными и открытыми, вырастают эгоистичные, жестокие и беспринципные взрослые. Олафер перешел границу между честью и бесчестьем, и ты вслед за ним. И ты не прав, это не мы предпочли Тайлисан вам, это Олафер решил, что наш путь — вседозволенность, и почему-то посчитал, что наше мнение для него не важно. Мы были против, но он нас не слушал. А разве друзья не должны совместно принимать решения? Трое против двоих. Так кто кого предал? Вы посчитали, что именно ваше мнение главное и мы, как стадо баранов, должны следовать за вами.
— Все сказал? — фыркнул Олаф.
— Да. Я только одного не пойму, — Лин взглянул на Лайзара, — почему ты с ним? Или ты, оказывается, такая же сволочь, или просто Олафер задурил тебе мозг. Уж не знаю, что хуже.
— А ты умный, да?
— Хватит, — вклинился Асмин. — Нечего устраивать публичный скандал. Мы уже все это обсудили, и не раз. Нам всем надо еще раз подумать и принять для себя решение, как кто видит свое будущее. У нас есть еще практика. Посмотрим.
— Ты наш миротворец!
— Довольно, — Киртан сделал шаг вперед, — Асмин прав. Мы уже полгода ругаемся. Пусть практика все расставит по своим местам. Тай, идем, — и, подхватив меня под руку, буквально потащил вперед.
— Прости, — глухо пробормотала я.
— За что? — мрачно хмыкнул смесок. — Тай, мы были вместе последние лет десять, и Олаф всегда был… — он пощелкал пальцами, — скажем, не совсем чистоплотным. Но одно дело — обворовать выпившего аристократа, выходящего из борделя, чтобы купить буханку хлеба, а другое — запугивать невиновного. И дело не в тебе. Просто с каждым годом отрицательные черты его натуры все ярче и ярче проявляли себя. А мы… дети, дураки, считали, что ради дружбы можно простить все. Тогда, в кабинете Сафиора, ты просто озвучила, облекла в слова то, о чем я думал уже несколько месяцев. И как оказалось, не только я. Асмину и Эрлину тоже претили некоторые моменты в поведении Олафера. Тогда-то мы впервые всерьез поругались. А потом еще и Сафиор вызвал каждого из нас на разговор. Ты, наверно, не знаешь, но именно профессор Лакшан нашел нас на улице, заметил, помог справиться с нерешаемой для нас на тот момент проблемой, два года занимался нами, чтобы мы смогли поступить, кормил, одевал. Для нас он почти что отец. Во всяком случае для меня. И выслушивать от него то, что довелось в тот раз, я больше не хочу. Но самое главное, внутренне я полностью с ним согласен. Так больше продолжаться не могло. А Олаф просто отмахнулся от слов учителя. И это, признаться, тогда задело даже больше, чем твои слова.
— А Лайзар?
— Сам не знаю, — мотнул головой парень. — Может, дело в том, что они с Олафером были знакомы еще раньше, а может, он и сам такой. Но Лай выбрал другую сторону. Вот так-то.
— И что теперь?
— Не знаю. Думаю, Асмин сказал правду — практика решит. Мне тяжело расставаться с друзьями, но если они не изменятся, то и вместе нам не быть. Хотя ты будешь рада, да? — прищурился он.
— О чем ты?
— Тай, я не дурак. И частично оборотень. Я знаю, что у тебя есть отношения с нашим куратором. Не волнуйся, — он быстро поднял руку, — остальные не смогут почувствовать. Перекрестный запах очень слабый, это я такой особенный, что чую. Да и не мое это дело, но в том, что он постарается подобрать тебе квинту по вкусу, не сомневаюсь. А на настоящий момент ты, кроме нас да демона, ни с кем не общаешься.
— А если это и так, ты против?
— Не знаю, Тай… пока не знаю. Ты мне нравишься, но и отбросить Олафа и Лая, как порванные носки, тоже не могу. Ладно если бы ты еще была моей девушкой, — вдруг лукаво усмехнулся он, заставив покраснеть, — а то ведь даже шанса нет.
Правда, хорошее настроение продержалось недолго. И дело даже не в демонстративном игнорировании меня женской частью группы и не в произошедшей стычке между Олафером и Киртаном, а в появлении на последней паре моего любимого, но в данный момент взбешенного демона.