— А если убьют? — с живым интересом осведомилась Света.
— Давайте признаемся милиции, — снова завела свою песню я. — Я боюсь.
И тут героиня нашей эпопеи выдала такое, какого я не ожидала даже от нее.
— Милиции? — повторила она с непередаваемым ужасом, словно я предложила ей прикончить тупым ножом ее единственное дитя. — А если шантажист и убийца — Темочка? Не хочешь же ты, чтобы из-за нас его посадили!
И, сколько бы я не убеждала ее, что очень даже хочу, поверить в подобную степень моего коварства она была не в силах. Наконец, я не выдержала.
— Ладно! В конце концов, тебе решать. Но, откровенно говоря, ситуация представляется мне более серьезной, чем когда-либо раньше. Одно убийство можно свалить на обстоятельства, но два — это уже дурная привычка. Чтобы я была за тебя хоть в какой-то мере спокойна, ты должна постоянно мне звонить. А то у тебя телефона нет, и ты снова пропадешь неизвестно куда, а я буду сходить с ума. И вообще, раз ты чуть не утаила такое важное известие, как очередной шантаж, мы должны постоянно держать тебя под контролем. Не пускать на самотек. Так что звони два раза в день. В одиннадцать утра и в одиннадцать вечера. Если меня не будет дома, так будет мама. Ты передашь ей, что звонила Света и все у тебя в порядке.
— В порядке? — горько повторила моя подруга.
— Ну, не в порядке, а как всегда. А если есть новости, то так и скажи. И ни в коем случае не ходи на встречу с убийцами без нас! Поняла?
— Два раза в день звонить — жетонов не напасешься. Давай лучше один?
— Не давай. Купи магнитную карту. И учти, если ты пропустишь хоть один звонок, я не знаю, что я сделаю. Буду ждать под дверью твоей квартиры, или у твоего офиса, или у квартиры твоей мамы…
— Маму не пугай, — предупредила Света. — У нее сердце.
— Буду пугать, — пригрозила я. — Пропустишь хоть один звонок — отправлюсь к твоей маме и буду ее пугать. Так что смотри!
На этом мы расстались. Не знаю, чем помогла бы подруге постоянная связь со мной — в конце концов, разве это помешало бы убийце, если б он и впрямь что-нибудь задумал? — но мне слегка полегчало. Возникла хотя бы некоторая иллюзия того, что я обеспечиваю Светину безопасность.
Первый же звонок дал хорошие — или хорошими их лучше не называть, а ограничиться словом «важные»? — результаты.
— А я получила очередное письмо! — похвасталась Света. — От шантажиста. Подсунул в почтовый ящик. И опять без штемпеля.
— Просто какой-то жалкий Эдиков подражатель, — поразилась я. — И что он пишет?
— Он действительно Эдиков подражатель. Велит оставить деньги сегодня вечером в заброшенном доме. Правда, в другом.
— И почему они все упорно игнорируют послания «до востребования»? — недоумевала я. — Дались им эти заброшенные дома!
— Возможно, деньги им требуются срочно, — предположила моя подруга. — А как работает почта, сама знаешь. Кстати, у меня сохранился в компьютере файл с объяснением, которое я заготовила для Эдика. Я его уже заново отпечатала и теперь отдам убийце. Очень удобно, правда? Все-таки компьютер — шикарная штука. Без него для каждого следующего шантажиста пришлось бы составлять послание заново. Очень утомительно. Так вы со мной пойдете?
— Придется. Хочется верить, что мы не обнаружим там очередной труп.
— Конечно, не обнаружим, — оптимистично заверила Света. — Ведь не станет же убийца убивать сам себя! И мы его убивать тоже не станем. Откуда взяться трупу?
На сей счет у меня были некоторые печальные мысли, однако делиться ими я не стала. И вечером мы отправились к очередному разрушенному дому, которыми так богат сейчас наш нищий город. От моей идеи предварительно провести разведку, поскольку убийца наверняка затаился в подъезде, было решено отказаться. Даже если мы его обнаружим, трагедией это станет не для него, а для нас. Поэтому мы, дрожа и трепеща, быстро забрались в нужную квартиру и еще быстрее оттуда выбрались. Не исключаю, что, побродив там немного, мы обнаружили бы целую дюжину трупов, однако жизненный опыт советовал нам не засиживаться в подозрительном месте и не глазеть по сторонам. Каждый должен делать свое дело и не лезть в чужие. Мы пришли положить письмо, и мы его положили, а на остальное плевать. Ошибкой прошлого было то, что мы проявляли излишнюю любознательность, а ошибки повторяют лишь дураки.
— Хорошо, что там письмо, а не деньги, — радовалась практичная Света. — За деньги бы у меня вся душа изболелась. Вдруг их забрали бы какие-нибудь бомжи, а я потом объясняйся! А письма не жалко. Новое напечатаю. Интересно, как отреагирует убийца?