Вот это наверно вид. Раздолбанная со всех сторон машина несется в нарушение всех правил. На развилке обычно стоят полицейские, но сегодня их нет. К счастью или нет – не знаю. Но я бы показала им запись с регистратора, охотно.
Режим экстремального вождения не отключается, я подрезаю всех и вся. Другие участники дорожного движения едут слишком медленно!
Боковым зрением замечаю много едущих на встречу черных машин. Одной их первых едет ауди. Это Миша. Не торможу, они меня догонят. Я теперь в жизни просто так не выйду из этой машины.
Так и происходит. Обгоняя всех на трехполосной дороге выезжают черные машины. Едут быстро, моргают дальним.
- Останавливайся. – Произносит голос из-под бардачка, я дергаюсь и сбиваю дыхание. Я еще с кем-то на связи? Телефон давно улетел на пассажирское сидение, видимо, упал на коврик.
Сворачиваю на обочину. Из-под машины доносится страшный шум. Камни ударяются о днище. Торможу тоже быстро. Кто-то не успевает оттормозиться - выезжает обратно на дорогу и объезжает, становится спереди. Серебристая ауди останавливается сзади.
Секунду сижу в ступоре, потом открываю дверь и в буквальном смысле вываливаюсь на землю, падаю сначала на колени, потом на локти.
26. Аня
Чьи-то руки поднимают меня и несут в сторону ауди. Буквально толпа мужчин оказывается вокруг. На заднем плане отмечаю блондинку с телефоном в руке, должно быть Катя. Кто-то оббегает мою машину спереди, кто-то просто стоит, кто-то разговаривает по телефону.
Я смотрю на любимого и не могу понять – он ли это? Как-будто кто-то другой. Лицо вытянулось, приобрело серый цвет. Глаза круглые, как будто на выкате, нет и намека на любимый ехидный прищур. Я все равно сейчас выгляжу как умалишенная, наверно. Решаю что хуже не будет и задаю вопрос вслух.
- Миша? Миша, это ты? – Руки ослабли, вероятно, последствия адреналинового выброса.
- Да, я. С тобой все в порядке? Ты не ударилась? – Руки заняты, он испуганно рассматривает лицо, потом все тело окидывает подозрительным взглядом.
Он садит меня на заднее сидение и бегом бежит вокруг машины. Мне душно, я хочу обратно на прохладу и ветерок. Но сегодня жара за сорок, какая прохлада? Мысли путаются. Но мне на свежем воздухе было лучше. Открываю дверь и выставляю ногу, собираюсь выйти. Севший в машину Миша хватает меня за плечо, парень из охраны аккуратно ставит мою ногу на коврик.
- Держите? – Спрашивает он Мишу.
- Да. – Тот аккуратно закрывает дверь.
- Девочка моя. Посмотри на меня. – Я смотрю, а для меня это сейчас не Миша. Меня всё-таки схватили, все-таки везут куда-то неизвестно куда.
Начинаю тихонько плакать и выть. Мужчина зло чертыхается и нервно, резко убирает подлокотник. Перетягивает на себя и прижимает голову к груди, нежно гладит теплой рукой по волосам, спине, рукам. Шепчет утешения для моего успокоения.
Я поджимаю ноги и сворачиваюсь калачиком, мне жарко, но так уютно в этих объятиях. Видимо, я сказала это вслух, или из-за того что начала расстегивать, итак, легкую блузку, но в салоне повеяло прохладным воздухом - включили кондиционер на полную мощность. Едва моя голова охладилась, я обмякаю в руках похитителя и засыпаю. Боже, какое спокойствие и блаженство я испытала. Недолгий но глубокий сон на время подарил желанную амнезию.
Просыпаюсь я уже в стенах больницы. Одна вот прямо перед лицом, такая, бледно желтая. Ну, немудрено. Особенно если учитывать, как я вела себя после происшествия. На мне несколько одеял и мне жарко. Скидываю с плеч тяжесть и потягиваюсь. Мышцы, ног, рук и спины затекли. Все тело болит. Физически больно двигаться. Протяжное «ай» вырывается само собой.
Сзади слышу скрип кровати и шаги, оборачиваюсь, надо мной стоит Миша. Смотрит подозрительно, как будто что-то выжидает. Что же я все-таки сделала? Я не привязана к кровати, значит навредить себе или окружающим не пыталась. Уже хорошо.
- Сколько я уже здесь?
- Полчаса.
- Да ладно? Спала как-будто часов 7. – Красноречиво зеваю, выпутываю ноги из одеял.