- Прости, я забываю как для тебя это важно. Я рад что с тобой все хорошо. Точно? Третьего раза не будет? – Садится у моего стула и берет мою ладонь в руки.
- Доктор сказал, что нет, но надо еще на УЗИ через месяцок. А пока пить лекарства.
- Слава богу. Милая, все позади. – Он целует меня в висок, действительно переживает. Я понимаю, что опасности нет, это мой Миша, конкретно сейчас безоружен. – Я люблю тебя. – Он привстает и тянется меня поцеловать, держит пальцами подбородок и касается мягких губ. Затем снова присаживается на корточки и смотрит прямо в глаза.
- И я люблю тебя. Спасибо что все время был рядом. Я это очень ценю. – Глажу его щеку, рассматриваю любимые морщинки, рада что он прямо сейчас рядом, хоть и по неприятному поводу.
- Да брось. Я бы не смог тебя оставить. Ты же такая хрупкая, маленькая, и столько бед выпало на тебя. – Я прислоняюсь к его лбу и наслаждаюсь любимым запахом, теплом и своими ощущениями рядом с ним. Все это вместе будто вливает в кровь энергию и позитив. Я становлюсь сильнее.
- Мы можем обсудить это спокойно?
- Любимая, тут нечего обсуждать. – Он устало произносит слова и хмурится. Целует пальчики на моей руке. - Я тебе не позволю работать, отдохни сколько хочешь. Зачем тебе вообще туда идти сейчас? – Последнее звучит как риторический вопрос, но я цепляюсь.
- Потому что я ответственный человек, в моем подчинении команда стартаперов, они без меня такого могут наделать, а я потом буду отчитываться. А я не хочу краснеть.
- Нет, дорогая, полежи, почитай книжки. Хочешь, ходи на работу со мной. Будешь отвлекать меня, а я злиться.
- О, это предел моих мечтаний. Злой Миша. – Я поддерживаю шутливый поворот разговора, хочу посмеяться, но пресс болит, прикрываю глаза и зажмуриваюсь, чуть сгибаюсь.
- Ну вот какая тебе работа? – Спрашивает он, помогая мне сесть.
- Я уже долго на больничном, я больше не могу, мне скучно.
- Обсудим это вечером? Я же вижу, тебе плохо. – Он явно пользуется моментом, и я соглашаюсь.
Мы хотя бы говорим. Миша согласен продолжить
- Мне не плохо, просто пресс скрутило. – Молчит, с сожалением смотрит на меня. - Ты будешь есть?
- Нет. Тамара зря накрыла. У меня дела.
- Миша. Не бросай меня сейчас, эта ситуация напоминает мне ту ссору в твоем доме.
От воспоминаний Миша теряется, глаза лихорадочно шарят по мне.
- Сейчас совсем не такая ситуация.
- Ты можешь ради меня отменить эти дела? – Я понимаю, что разыгрываю козырь, но мне это сейчас необходимо.
- Могу конечно, ради тебя, все что угодно.
- Тогда останься пожалуйста. Если ты уйдешь, я почувствую себя брошенной и наказанной. А потом могу наделать глупостей. – Я сглатываю, чертовски сильно не хочу, чтобы он сейчас уходил.
- Любимая, ну ты что. Я вот здесь, всё. – Снимает пиджак и начинает закатывать рукава. - Никуда не ухожу. Напишу только Кате что буду не скоро. Хорошо? – Спрашивает он у моего лица. Смотрит, и быстро проверяющее быстро чмокает, как я отреагирую. Я тяну руки и прижимаюсь крепко. Его рука обвивает меня по спине и притягивает за талию, второй держится за стол. Как же хорош что он остался.
Остаток обеда мы проводим в разговорах о том, как и где хотели бы провести ближайшее будущее – неделю. Обычный разговор для нас. Наша жизнь пляшет от наших обязательств и только во вторую от желаний. Прикидываем что необходимо сделать и решаем провести выходные в поселке. Миша хочет провести время с собаками, они там конечно под присмотром, но хозяин все-таки он.
Если бы не повисший в воздухе вопрос, обед мог бы быть даже сносным, но эта недосказанность грызла меня изнутри, удовольствия от проведенного вместе времени я не получила. Надо ли рассказывать, сколько раз я услышала в свою сторону слова любви и сколько объятий было между нами, прежде чем я смогла спокойно отпустить Мишу?
Вечером же, все продолжилось заново. Миша приехал раньше, чем обычно, всего лишь к девяти вечера. Есть мы оба не хотели и начали обсуждение почти с порога.