Медсестра позвала доулу, которую я оплачивать не хотела, но в родах поняла что она нужна мне позарез, как хотя бы кто-нибудь понимающий.
Доула это помощница в родах, они сопровождали и принимали роды вместе с матерями множество раз, такие вот проводники в неизвестность.
Мою доулу звали Даша. Все ее руки были в татуировках на манер индийских окрашиваний хной. Я совсем потеряла стыд, и сейчас была капризнее и уязвимее любого ребенка, первым делом схватилась за ее руки и начала рассматривать. Вот и очередная схватка прошла более спокойно.
Даша же уговорила меня сделать зарядку и подышать. Эта потрясающая девушка 50 киллограмм и метр пятьдесят ростом, привела меня в порядок, да так, что я вспомнила что не ответила на рабочую почту! Целых 20 минут Даша терпеливо то открывала окна, то закрывала, то зажигала свечи, то растирала мне спину, пока я сидела на шаре и отвечала по работе, но не словом не осудила.
Когда я наконец-то родила, я уже плакала от счастья. Я любила и была благодарна всем меня окружающим врачам и помощникам.
Илью мне дали сразу же. Он был весь красный и орал как резанный, даже глаза разлепить не мог, только рот на все лицо открыл.
Мой мальчик оказался крепким и серьезным парнем под 5 килограмм весом. Казалось, во мне столько любви к нему, что я смогу любить его за обоих родителей.
В палате я отрубилась почти сразу, успела только увидеть, как папа с братом приносят цветы и смотрят на сына. Без зазрения совести я провалилась в объятия Морфея. Ваня в тот день так и не пришел, но на следующее утро приехала свекровь. Хорошая женщина, и будет очень любящей бабушкой. Она плакала навзрыд от умиления, счастья и стыда одновременно. Мне было тяжело это видеть, но еще тяжелее мне было бы и дальше жить с вашим сыном. Спустя время она пришла в себя, извинилась передо мной и пообещала что никогда нас не бросит. Взяла Илью на руки и носила его улыбаясь и всхлипывая от счастья.
От Вани пришло сообщения с поздравлениями, а следом с извинениями. Он приехал в день выписки, и ушел раньше, чем его могли бы заметить мои родственники. Если я отношусь к ситуации более-менее спокойно, если не считать дня родов, то мужчины никогда ему этого не простят.
Малыш вел себя предельно спокойно. Он плакал и кричал только в исключительных случаях. Спать, всю ночь не просыпаясь, стал к 4-м месяцам. Я даже спрашивала врачей нормально ли это. Но меня заверили что я выиграла в лотерею, малыш здоров и развивается планово, поводов для беспокойства нет.
На работу я решила выходить к пятому месяцу. Планировала к 4-му, но это была середина квартала, и присоединяться к проекту на полпути было бесполезно. Ничего бы не поняла и не помогла в достижении целей.
Мне обещали свободный график, как я всегда и работала, и с пониманием относились к перерывам на кормление. Еще на третьем месяце я начала терять молоко и подкармливать Илью смесью, в то же время нашла и няню. Папа хороший помощник, но он уже взрослый, и не сможет полноценно ухаживать за ребенком.
Няня у нас оказалась потрясающая, Тамара Петровна. А если точнее Тамара Петросовна, славная грузинская гречанка с южным нравом и радушием. Легкая на подьем женщина с юмором. Ее внуки выросли и разъехались, и она с удовольствием согласилась у меня работать.
Весна в этом году пришла рано, Тамара приехала рано утром на велосипеде. Завидная тяга к жизни!
- Анечка, доброе утро! Илюшенька, привет карапуз! - Она протянула руки и забрала ребенка к себе. Я встретила ее на улице, вышла осмотреть кусты акации, который всегда мечтала срезать, а сейчас самое подходящее для этого время.
- Доброе утро! У вас велосипед! Вы меня поражаете! Откуда столько энергии утром?
- Ой, моя дорогая, я такой сериал начала смотреть! От него как-то жить захотелось, вдохновляет радоваться больше! А у главной героини есть велосипед! - дальше она рассказывала подробности сериала, которые я даже не стала запоминать.
- Тамара, турецкие сериалы вас погубят. Остановитесь. - В шутку прокомментировала я.