- Спасибо. - Шепчу я, разглядывая цветы, как Илья вчера прилавки в магазине. - Я таких никогда не видела, они прекрасны. – Цветы разных размеров и цветов пахли свежескошенной травой и неописуемым ароматом трав. Я дитя города, и никогда не видела полевых цветов.
- Пожалуйста. – Улыбается, с упоением рассматривая мое лицо. Он сегодня немногословен. - Ты прекрасно выглядишь. Мне везет заставать тебя в пижаме каждый раз.
Я мгновенно краснею и закрываю лицо цветами.
- Я не специально тогда выбежала в таком виде. Ты застал меня врасплох. – Говорю я тихо в цветы, едва можно расслышать.
- Не понимаю о чем ты говоришь. - Он старательно смотреть на небо и на окружающие деревья, не переставая улыбаться. По лицу видно что понимает. Злодей, сначала спровоцировал, а теперь на попятную. Я нервно хихикаю, сама отвожу взгляд.
- Ладно, забудем.
- Я вряд ли забуду. - Шепчет он, вижу что он старается сдерживать поток подколов. Он качает головой и втягивает воздух ртом сквозь зубы.
- Миша! Я сейчас сгорю от стыда! - Я делаю шаг назад окончательно сдаваясь ситуации.
- Не надо. - Он старается сделать лицо серьезным и делает шаг навстречу. - Тебе нечего стыдиться. - Говорит он ласково. Поднимает ладонь и нежно проводит по щеке, тыльной ее стороной. Я мгновенно замираю и испуганно смотрю на него. Я забыла, что такое тактильный контакт, боюсь, что привыкну зря. - Но ты больше так не выбегай, это могу быть не я.
Самонадеянный нахал. Но почему-то я ему спускаю его наглость. Чувствую, что ему можно, что не обидит.
- Хорошо. Надо поставить зеркало перед выходом. - Я пытаюсь все свести к шутке и уже закрыть тему. Неловко, вот так обсуждать мои торчащие соски!
- Стоит. - Напряжение, между нами, бешенное. Решаю сделать хоть какой-то шаг к разрядке. Тянусь и целую его в щеку. Она не колючая, мягкая, и от него вкусно пахнет. Он наклоняет голову в мою сторону и хочет перехватить, поцеловать в губы, но я не даю и отстраняюсь. Он смотрит деланно осуждающе, качает головой, глаза полуприкрыты. Открыто улыбается и дышит через рот.
Если это не закончить сейчас же, я сгорю заживо и попрошу увезти меня в свою кровать. Не время, нельзя.
- Ко скольки мне быть готовой?
- Примерно без двадцати восемь приеду. Успеешь?
Я молча киваю.
- Тогда до встречи. - Он смотрит то на губы, то на глаза. Не отходит.
- До встречи - Киваю я и по крепче прижимаю букет. Он сдается и тихо смеясь идет к машине.
- Тебе идет борода. - Кричу ему вслед, он оборачивается и вздергивает бровь. Кивает себе и садится в машину. Меня явно влечет к этому мужчине.
Вот как теперь спокойно продолжить целый день, наполненный рабочей и бытовой рутиной? Дел по горло, а я в возбужденном состоянии с самого утра.
К моему облегчению, до обеда время проходит незаметно, работа как обычно отвлекает от всего внешнего мира. В обед, в свое единственное свободное днем время, я мою голову и делаю укладку, на ходу перекусываю, и даже успеваю встретить брата. Он привозит еще больше еды, чем было у нас вчера. Тамара, в такие дни как завтра, получает от него отдельную щедрую оплату. Она помогает накрыть на стол, но убирают они его сами. В какой-то период они осознали, что одноразовая посуда - самый подходящий для мужской компании атрибут веселья. Меня такой расклад полностью устраивает, главное что бы все было цело и чисто. Папа суетится в бане, тоже рад гостям. Все-таки мужская компания, разговоры по душам и песни группы Любе не могут не радовать.
Вечер наступает незаметно, на приготовления у меня чуть больше 20-ти минут. Илья кочует по рукам дяди, папы и помощницы. Суета вокруг его интересует даже больше, чем бутылочка. Малыш держит в руках щипцы для переворачивания еды. Периодически их роняет и устраивает цикл приседаний тому, кто его держит.
Добавляю в прическу объема, крашу губы и одеваюсь.
При виде меня мужчины не скрывают восхищения, чем изрядно меня смущают. Брат вообще дар речи теряет. Он обо всем узнал за последние полчаса, не успел еще свыкнуться. Я упираюсь взглядом в пол, думая, не слишком ли я вырядилась. Подхожу к сыночку целую его в пухлые щеки и убеждаюсь, что он вполне настроен сегодня отпустить горе-мать на ужин. В камере домофона вижу подъехавшую машину. Серебристый седан я еще не видела, а вот мужчина, вышедший на улицу мне знаком. О, боже, как он хорош. Черная рубашка поло и такие же черные штаны сидят на его большом мускулистом теле потрясающе. Ноги отказываются слушаться, как-будто окаменели.