Папу мы увидели раньше, чем я предполагала. Он уже накрыл завтрак в моем дом, не в его, где мы едим обычно.
- Доброе утро! - Я
- Доброе! - Папа
- Здравствуйте! - Миша
- Как спалось? – Папа как всегда, с места в карьер.
- Хорошо, пап, а тебе? - Не уступаю я, делая вид что все нормально. Садимся за стол, папа отходит к микроволновке.
- Тоже хорошо, у тебя удобный матрас, надо и мне такой. - Говорит он, но подтекст мне уловить не удается. Возможно его улавливает Миша.
- Я очень извиняюсь, это все не специально. Я боялся, что Аня не доедет ночью и поехал с ней, а потом уснул.
- Мгм… - Мычит папа, доставая смесь для внука и вручая ее Мише. Намекает что ждет подробных объяснений.
- Пап - Хочу я остановить сцену, но Миша не дает.
- Савелий Петрович, намерения к вашей дочери у меня самые серьезные. Если она позволит, конечно. - Он смотрит на меня теплым взглядом, а я смотрю на него и сына. Передо мной картина мечты. Когда я уходила от мужа, и собиралась растить сына в одиночку, я представить не могла, что судьба будет так благосклонна ко мне. - Вы же не против наших отношений?
Все забыли об Илье, малыш отчаянно тянет ручки к бутылочке со смесью, но пока не кричит и не канючит. Терпение у него недолгое, поэтому скоро должен заорать. Это же еда, а он голодный.
Вижу что папа потерял дар речи. Да, Миша не из робких.
- Не против. Только обижать ее нельзя. - Говорит коротко папа и смотрит под стол. Тоже вспоминает тяжелые времена, в которые он был рядом, а помочь никак не мог. Я протягиваю руку и сжимаю папино плечо. Миша кивает и произносит вслух.
- Не буду, Савелий Петрович. Обещаю.
Папе этого оказывается достаточно, но атмосфера в гостиной становится неподъемно тяжелой. Я пытаюсь разрядить обстановку.
- А еда будет? Я есть хочу. - Папа подрывается и приносит блинчики и сырники с плиты. - Пап, ты видел? Илья вставать начал!
- Да, еще вчера пробовал, но не получалось выпрямить из-под себя ножки. Все, уже стоим? - Он обращается к внуку потирая пухлую щечку. Илья наконец-то получил свое желаемое и теперь сильно занят, ест и сам поднимает бутылочку выше.
- Да, встали, а он опирается на перило кроватки!
- Миш, давай его сюда, поешь. - Я тяну руки, но он не отдает. Держит Илью как щит. Бедный, стрессанул наверно. Я пытаюсь мило улыбнуться и глажу его по плечу, наконец выказывая поддержку в непростой для него ситуации. - Ладно, скажи тогда, что будешь?
- Сырники с вареньем.
- А пить?
- А кофе есть?
- Конечно.
Пока Миша кормит Илью, я кормлю Мишу и стараюсь сама не забывать есть. Картина сегодняшнего утра вообще может быть идеальнее? Папа расслабляется и начинает задавать Мише вопросы.
- Кем работаешь, джигит? - Я прыскаю, Миша бросает на меня выразительный взгляд и тоже давится от смеха.
- Да так, везде по чуть-чуть. – Вспоминаю, что для него это какая-то закрытая тема. Спрошу обязательно при случае.
- Ты бандит что ли? - Я смеюсь в голос, Миша весело смотрит на меня в некотором шоке.
- Нет, не бандит. Кстати, Аня тот же вопрос задавала. - Илья уже не в силах поднимать бутылочку и я помогаю ему. Миша понимает что надо делать, перехватывает и помогает сам. Ему тоже смешно, он начал расслабляться.
- Ну так, дочка же. - Папа тоже смеется.
- Мне достался бизнес от отца, вот стараюсь не упустить его. В основном выращивание зерновых, фруктовых, овощных, в общем, все что растет и продается.
- Хороший бизнес. Я когда-то ездил зарабатывать в поля. Тяжелая работа, с 4 утра на ногах!
Дальше папа рассказывал о своей молодости, а Миша охотно поддерживал беседу, казалось, даже наслаждался ей. Я забрала сына и немного походила с ним по комнате. Затем отпустила в загон, наблюдая за движениями и попытками встать. Карапуз после еды был неактивен, просто лежал в сторону любимых игрушек.
Слышу свое имя и пытаюсь вспомнить разговор, к которому совсем не прислушивалась.
- Да, скоро будем засевать пшеницу. - Говорит Миша, попивая кофе.
- У нас через участок тут поле, знаешь же? Они там вечно пшеницу сеют, не знаешь чьи это поля? У Анюты аллергия на нее сильная, почти не выходит из дома с до августа.