Выход Тамары я отмечаю так, будто где-то рядом свадьба, а я отстала от толпы. Тамара же в первую очередь озабочена подопечным. По ее мнению, он вырос не меньше на чем на месяц, а пушок на его голове стал гуще. Малыш ей тоже рад, бабули на ее фоне вообще не существует.
- Я сегодня уезжаю в 11, приеду часам к 4, справитесь же? - Веду я диалог с помощницей. Она скорее всего уже раз распланировала себе уборку и готовку, поэтому знать что меня не будет ей важно. Не с кем оставить ребенка на долгое время.
- Конечно. Я и завтра уберусь. Вы же не против?
- Конечно нет. Делайте по мере возможности и пока поберегите себя, хорошо? Вам тоже надо восстановиться.
- Спасибо, Анечка.
- Аня, ты уезжаешь в 11? Довезешь и меня? Я как раз собиралась к врачу успеть. – Голос свекрови появился словно из ниоткуда.
Объяснять почему "нет", я не готовилась, поэтому мне не остается ничего, кроме как ответить:
- Да, конечно.
Сразу иду к папе и шепчу:
- Не показывай видом что ты знаешь кто мне Миша. Хорошо? - Глаза у него по пять копеек. Кивает. - Спасибо. - Папа меня не подставит.
Пишу Мише:
"У меня жуткие непредвиденные обстоятельства. Можем либо на двух машинах поехать, либо придется ехать со свекровью."
Михаил: "Второе."
И это все что приходит от Мишы вплоть до 11:00.
11. Аня
Я не хочу врать о Мише, но иного выхода я пока не вижу.
- Мы не сами поедем, за мной заедет друг.
- Да? А кто это?
- Вы его не знаете. Он живет по дороге в Казачий.
- Ну хорошо, как твой брат, кстати? Еще не нашел себе жену? – Видимо, подумала что друг брата.
- Нет, еще холостой.
- Жалко, такой парень видный.
В 11 приезжает Миша и отгружает в гараж ящик с детскими предохранителями. Свекровь ведет себя немного надменно, что меня коробит, нельзя относиться так ни к кому, даже к, по ее мнению, водителю.
Я места себе не нахожу, в голове рой нервных мыслей. Миша же расслаблен, но молчит. Он не знает какая у меня стратегия, а мне стыдно говорить ему, что я сбегаю от проблем. Хочется подойти и прижаться к его широкой груди. А нельзя, нельзя даже слова неосторожного сказать.
- Какая у вас машина хорошая - Говорит Вероника Павловна, садясь со всеми сумками на заднее сидение ауди. - В Казачьем разве можно на такую заработать?
- А я бандит. - Нахально отвечает Миша, стреляя в меня глазами и открыто улыбается. Пока я не могу прочесть его эмоций.
- Неплохо нынче зарабатывают бандиты. - Смеется она раскатисто. Стыд заливает меня с ног до головы. Я отворачиваюсь к окну и немного сползаю. Закрываю глаза. Ехать от силы минут 20, но я они могут стать невыносимыми. Силюсь заснуть, что бы открыть глаза, а мы ее уже высадили. Хочу взять его за руку, поцеловать, но нельзя.
- Куда едем, дамы?
- Мне надо в клинику "Семейный доктор" знаете такую, она на въезде в город будет справа.
- Знаю. Значит туда. - Миша выруливает на трассу и машина неспешно ускоряется.
Вероника Павловна капается в пакетах и пытается что-то из них достать.
- Анечка, ты не думала на счет садика? Ребенку нужна социализация. В поселке есть приличный?
- Еще не узнавала, рано ведь.
- На очередь становятся с рождения, можешь потом не успеть.
- Я бы не хотела отдавать его в садик. Не вижу в этом смысла.
- Ну как это нет смысла? Ребенок быстрее начинает говорить, усваивает базовые моральные принципы в конце концов. Надо вам в город переезжать, там уж точно больше вариантов для внучка.
- Да, я знаю.
- Ваня узнавал на счет садика рядом с квартирой, знаешь, который за рынком через дорогу. Пять минут ходьбы. Там еще есть места, может быть устроим туда, а? Все лучше чем поселок. А еще там есть платные ясли. Негосударственное отделение, там на пять детей один воспитатель.
- Вероника Павловна, я не буду отдавать его в ясли, и не буду отдавать его в сад в городе. Я не живу в городе. – Спокойно и взвешенно сообщаю я. Свекровь такого рода ответ не устроил, шуршание пакетов остановилось, а звенящая тишина буквально повисла в кабине.
- Я не ходил в сад. И брат мой не ходил. Выросли вроде нормальными. С людьми разговаривать умеем. – Поддержка Мишы, особенно в тот момент, когда я ее совершенно не ждала, подняла мне настрой и будто подарила глоток свежего воздуха. Он не отрываясь смотрит на дорогу и не излучает доброжелательных эмоций.
Смотрю в лобовое и крем глаза замечаю, что Миша сидит в довольно напряженном состоянии. Шея и плечи напряжены, макушка упирается в подголовник, желваки ходят ходуном. Крепко держит руль левой рукой, а правая свободно лежит на подлокотнике, внутренней стороной вверх. Он явно призывает меня вложить свою руку и таким образом закончить нападение свекрови. Я проигрываю битву с собственным рассудком, который кричит о том, что проявлять эмоции к Мише перед свекровью нельзя. С особым упоением переплетаю наши пальцы и неожиданно для себя успокаиваюсь. Тишина на заднем сидении не говорит мне ни о чем, я не вижу что там происходит, а оборачиваться и проверять не хочется. У нее скорее всего шок от увиденного и ступор.