- Силища у тебя не детская, явно. - Он потирает покрасневший пострадавший нос. Обхватывает сына и теперь Илья сидит у него на руке.
- Во сколько они начинают говорить?
- Отдельные слова к году. У всех по-разному. А что?
- Вот бы с ним поговорить. Наверняка же там есть мысли какие-то. - Задумчиво произносит Миша глядя на личико Ильи
- Дети в его возрасте мыслят ассоциациями, ты у него видимо ассоциируешься с бородой, раз он тебя за лицо всё щипает.
- А с чем я у тебя ассоциируюсь? - Он поворачивает голову и смотрит с интересом, почти пожирает.
- С безопасностью, спокойствием, страстью. - На последнем слове его глаза загораются. - А я у тебя?
- Ты не поверишь, но с тем же самым. - Мы смотрим друг на друга так, что слова нам больше не нужны. Поднимая сына на руки, Миша предлагает сходить к отцу и узнать, нужна ли ему помощь. Он сейчас наводит порядок в бане. Миша держит меня за талию одной рукой, а во второй крепко держит сына.
- Ты это серьезно говорила про страсть? - Я удивляюсь его наивному вопросу. Ато он не знает! Охота поговорить на взрослые темы, значит.
- Зачем мне врать? Когда мы наедине - между нами искры летают. - От воспоминаний по коже бегут мурашки. - Я люблю тебя любить.
- Ммм - Миша смакует мою фразу. - Как точно сказано. Я хочу тебя любить, постоянно. - Он шепчет мне на ухо и сильнее прижимает.
- Эй, тебе не стыдно? - Я конечно же мгновенно ощущаю тепло возбуждения, но играю совестливую девственницу - На руках ребенок и ты в 20 метрах от моего отца!
- Мне не стыдно. Я хочу тебя, малышка.
Вот и крутись теперь как хочешь. В вихре противоречивых чувств озвучиваю то, что хотела предложить весь день.
- Останешься у меня сегодня?
- Думал, уже не предложишь.
- Сам бы напросился, к чему игры в скромника?
- А сама? - Я понимаю что меня поймали в ловушку и прыскаю. Мы смеемся от ситуации и кратко целуемся. Как раз уже подошли к бане.
- Пап, как ты там? Помощь нужна?
- Нет, дочка, заканчиваю уже. Ведро для воды перестало возвращаться на место. Починил вроде.
Миша отдает мне сына и заглядывает внутрь кабины душа.
- Не меняли крепления раньше?
- Нет, а зачем? Я закрепил проволокой, вроде крутится.
- Вроде да. - Миша выходит из бани и смотрит в даль сдерживая улыбку, явно скрывает что думает. Я даже не сомневаюсь, он увидел очередной папин шедевр очумелых ручек. Я не частый посетитель этого места, поэтому то, что я не вижу, мне не мешает.
- Вы уже поужинали?
- Да, но можем с тобой чай попить.
- Давайте, я проголодался что-то.
Все вместе заходим в домик. Папа разогревает себе еды, а я накрываю на стол. Миша с Ильей наблюдают за нами из-за стола, последний самозабвенно грызет салфетку, Миша следит что бы последняя не сильно пострадала. Он сегодня достаточно много играл, и скорее всего заснет по-раньше. Решаю сделать ему смесь и готовить сына ко сну.
- Савелий Петрович, приглашаю вас завтра к себе. Составите мне компанию у гриля?
- Ух ты, а почему бы нет? Праздник что ли какой?
- Нет, праздника нет. Просто хочу показать вам Дагестан. – Какой наглец!
Папа смотрит смущенно, а потом впадает в беззвучный смех и от нехватки воздуха аж краснеет. Грозит на Мишу пальцем. Все смеемся и явно становимся ближе благодаря таким шуточкам. Никому не стыдно, чувство юмора у всех отменное.
- А ты не промах, джигит!
- Пап, у Мишы там две прелестные овчарки. Девочки Дора и Бэлла.
- О, я люблю собак. У нас в детстве был дог. Вот такущий!
В который раз замечаю что Миша становится как-то моложе и спокойнее в разговорах со старшим поколением. Скорее всего, ему очень не хватает отца.
- Ну я вас оставлю, пойду уложу сына. - Миша берет меня за руку и провожает взглядом. Я улыбаюсь ему. Ну что за человек. Хочется сказать слова любви, но при папе сдерживаюсь и ухожу к себе.
13. Аня
Возвращаясь вижу что мужчины сидят на террасе домика, перед ними пиалы с соленьями и папина ядерная самогонка. Мужчины трезвые, но по глазам вижу, что подобревшие, особенно папа. Подходя к Мише, я сажусь рядом и нюхаю пустую стопку. Да, папа явно достал самый крепкий, даже вдыхать его аромат сложно. Оно испаряется, не дойдя до горла, прямо на языке. Встряхиваю головой и пытаюсь уловить суть разговора. Говорят о маме. Теперь понятно почему Миша меня так сильно к себе прижимает. Да, тема тяжелая, я бы и себе что-нибудь налила, но удерживаюсь. Папа вспоминает какая она была, а Миша галантно поддерживает настолько, насколько может. Поддержать такие разговоры, а не стушеваться, могут не все.