Это было крайне рискованно, если бы Ян не убедил себя, что сможет все удержать под контролем в любом случае. Самонадеянность всегда играла с ним плохую шутку, но, Кенгерлинский твердо верил, что в этот раз все будет иначе.
Все сложилось намного лучше, чем он ожидал.
Ничего не пришлось искусственно стимулировать. Валевский подвернулся как нельзя кстати. Яну осталось только проследить за ними и вмешаться тогда, когда придет подходящий момент.
У самых ворот стоял черный минивэн. Проезжая мимо Ян заметил его, но не обратил должного внимания. Как оказалось зря.
Беглецы успешно миновали парковую зону и скрылись в салоне автомобиля. Как только за ними захлопнулась задняя дверца, машина рванула с места. Только пыль осталась кружиться в воздухе.
Снедаемый любопытством, Ян поехал следом.
Он старался держаться на достаточном расстоянии, чтобы не быть «срисованным» беглецами. Внутри Кенгерлинского появилось горячее предвкушение. Он был уверен, что на этот раз ближе к разгадке, чем когда-либо.
Вскоре после того, как они въехали в город и немного пропетляли по шумным проспектам, минивэн свернул в закоулок.
Даже в вечерних сумерках Ян прекрасно узнал местность. Он был здесь трижды. И последний раз случился не настолько давно, чтобы возможно было хоть что-то забыть, пусть и мимолетную деталь.
Кенгерлинский не стал заезжать за минивэном во двор, он притормозил в арке, заглушил мотор и поспешил зайти в подъезд, где только что скрылись беглецы. Растерянность и гнев заполнили Яна, мешая ему ясно мыслить. Если только эта чертова женщина обманула его и все это время Даша была у нее…
Он снесет ведьме голову, не раздумывая!
Глава 28
Темный оттенок страсти
После того как щелкнул дверной замок воцарилась волнительная тишина. Несколько десятков томительных секунд ожидания стоили мне ускоренного сердцебиения и вернувшейся головной боли. Она стала, как минимум, в три раза сильнее и грозилась своим напором выжечь мой мозг, точно напалмом. Паника хлестала по щекам. Я чувствовала, как липкий пот собрался между лопаток, но пошевелиться, чтобы переодеться или хотя бы сбросить странное оцепенение – не было сил.
Наверняка тишина длилась не более десяти секунд, но в тот момент они мне показались мучительной вечностью.
А после последовало удивленное:
– Ты?! – голос Лидки звучал пискляво и тонко, точно она вот-вот могла перейти на визг.
И вновь молчание, которое просто убивало меня, высасывая силы намного яростнее, чем воронка тьмы.
Вспотевшая, с одеревеневшим телом и болью, что заполнила собой все мое пространство, я перебирала в голове самые худшие варианты происходящего. Каждая последующая картинка, что всплывала перед внутренним зрением, была ужаснее предыдущей. Беспомощность самое гадкое чувство из предложенной гаммы эмоций, которой природа наделила людей при рождении. И сейчас я в полной мере испытывала его на себе.
– Что ты де… – Лида замолчала, не закончив фразу.
Послышался вскрик и глухой хлопок, точно что-то тяжелое свалилось на пол.
От этого звука, могла даже поклясться, что кровь застыла в моих жилах.
Сердце грохотало, словно взбесилось. Его удары быстрыми толчками отзывались у меня в голове, почти заглушая все остальные звуки. Хотя конкуренции с шумом не было. И именно это подсказало мне, что шестое чувство сработало исправно, предвещая беду. Никакой крик не мог меня напугать до полуобморочного состояния так, как мертвая тишина.
Тело превратилось в сплошной комок нервов и застыло в напряженной позе. Если бы я не чувствовала себя настолько слабой, чтобы даже попытаться встать, то обязательно постаралась бы удрать отсюда как можно скорее. Даже выпрыгнув из окна, раздробив кости об асфальт. Я не знала, на каком этаже находилась квартира Лиды, но сейчас мне казалось, что от земли это чертовски далеко.
Взгляд сконцентрировался на дверном проеме. Как ни старалась, а не могла заставить себя перестать пялиться в темноту, что виднелась вместо уже знакомого мне коридорного угла.
Если за мной пришла давно обещанная смерть, то негоже было жмуриться и плакать от страха. Нет. Я готова была встретить ее с широко открытыми глазами, пусть и дыша через раз.