Джинни рассмеялась.
— Ты поражаешь раз за разом. Вот кому нужно волноваться по поводу ЖАБА, так это моему братику Рону. А ты лучшая ученица в школе, наша гордость!
Слезы навернулись на глаза Гермионы. Джинни в ужасе смотрела на подругу.
— Ты чего? Гермиона, почему ты плачешь?
Девушка не отвечала, лишь всхлипывала. Джинни и Лаванда присели на корточки у ее кресла. Гермиона пыталась унять слезы, но у нее плохо получалось. Лаванда погладила ее по ноге.
— Она столько времени проводит за книгами, кто же тут выдержит, Джин?
Джинни встала, присела рядом и погладила ее по голове.
— Милая, тебе нужен отдых.
Сквозь слезы Гермиона ответила:
— Все в порядке, наверное, правда перетрудилась.
Джинни вытирала ее мокрые глаза, Гермиона в порыве обняла подруг.
— Вы самые лучшие, — прошептала она.
— Ой, прямо таки уж и лучшие. Давай, прекращай плакать, ребята сейчас придут, а у тебя нос краснющий.
Гермиона засмеялась.
— Ты думаешь их можно испугать красным носом? Сомневаюсь.
Портрет отъехал в сторону, в гостиную ввалились мальчишки, смеясь и пихая друг друга. Рон заметил собрание у кресла.
— Привет, а что случилось?
Лаванда бросилась к нему на шею.
— Мой сладкий Бон-бончик пришел.
— Лав, давай такие прозвища оставим для общения наедине.
— Ой, ну кого тут стесняться? Все же свои, вот и Гермиона решила с нами посидеть.
Гарри заметил, что девушка плакала.
— Герм, почему у тебя глаза красные?
Джинни ответила за нее:
— Да у нее уже передозировка от книжек, видимо, вот и сдают нервишки.
Рон сказал:
— А я всегда говорил, что много учиться вредно!
Все дружно рассмеялись, а Гермиона заметила:
— Рональд, сегодня остроумие из тебя так и прет.
Гермиона смотрела на мальчишек. Гарри — их заводила и искатель приключений. Его такие добрые зеленые глаза, его улыбка. Он всегда мог вытащить ее из депрессии, даже в самые, казалось бы, тяжелые моменты войны. Рон — ее рыжее солнышко, он все время ее смешил. Добрый и обидчивый, в нем всегда совмещалось несовмещаемое. Все семь лет пронеслись перед глазами, все их приключения.
Поиски философского камня, маленькие и глупые они отважились на этот шаг, даже не задумываясь об опасности. Этот год сплотил их, сделал друзьями.
А их второй год, варить Оборотное зелье в туалете у плаксы Миртл…это же додуматься надо, тогда было жутко страшно увидеть глаза василиска, пусть даже в отражении зеркала. Глаза смерти.
На третьем году их занесло спасать Сириуса, до сих пор дрожь в коленях от полета на гиппогрифе. И побег от профессора Люпина, когда он стал оборотнем, а их перемещение в прошлое при помощи маховика времени… В тот год она ударила Малфоя, ох и как же приятно тогда было, она показала его аристократичной заднице как могут бить «грянокровки».
Четвертый год… Святочный бал, Гермиона вспоминала его с улыбкой. Тогда она, почему-то, решила, что влюбилась в Рона, какая же она глупая была.
Страшным был пятый год, вся правда о Волдеморте полезла наружу, и их поиски пророчества в Министерстве магии, уже тогда они ощутили, что детство закончилось.
Но шестой год принес войну. Этого просто не забыть. Закаты и рассветы они встречали с благодарностью за то, что день прожит, и за то, что ночь прошла.
И победа, их победа. Облегчение, что больше не нужно скитаться. Они вернулись живыми.
И теперь пришло время прощаться.
«Я не могу больше находиться здесь, слишком больно!»
Гермиона встала, подошла к ребятам, обняла их обоих, так же как и раньше. Крепко и с отчаянием.
— Я вас очень люблю! — сказала она и, глотая слезы, выбежала в коридор.
— Да что с ней сегодня? — не понимая, спросил Рон.
— Не знаю, — пожала плечами Джинни.
Гермиона ждала Блейза на улице, пушистые снежинки ложились ей на плечи. Девушка с наслаждением вдохнула морозный воздух. Сейчас было легко, ни страха, ни сомнений. Она сжимала в руках сверток с минералами, его спасение.
Блейз подошел неслышно, он аккуратно тронул ее за плечо.
— Ты как?
Гермиона обернулась.
— Хорошо.
— Может, отложим поход? Посмотри на небо, кажется, будет метель.
— Я думаю, мы недолго, успеем, — ответила Гермиона.
И они двинулись к пещере. Внутри было холодно, метель все-таки началась, ветер завывал сильнее, эхом отдаваясь под сводами пещеры. Девушка дышала на ладони, пытаясь их согреть. Блейз сидел на камне и наблюдал за ней, Грейнджер сосредоточенно творила заклинания над камнями, на которых появлялись выгравированные руны. Она аккуратно раскладывала их в нужном порядке, очерчивая круги и шепча заклинания. Блейз и не думал, что подготовка может занять столько времени, а девушка все шептала заклятия, вокруг созданного ею алтаря.