— Что произошло, дорогая? — спросил Борис, её муж, поднимая отброшенный гаджет и вчитываясь в статью.
— Эта сволочь написала, что мой благотворительный фонд занимается отмывом денег, полученных незаконным путём! — От ярости холеное лицо Жанны пошло красными пятнами. Я ещё не видела её в таком состоянии. — Вечно от этого Исаева одни неприятности!
— Какая чудовищная ложь! — возмутился Борис. — Мы непременно дадим опровержение во все СМИ.
— Скажи это Фёдору Черкасову, предыдущей жертве этого писаки! — процедила Жанна сквозь зубы. — После того как Исаев написал о его махинациях с земельными участками, Феде не помогло никакое опровержение — пришлось заплатить огромный штраф, и это он ещё легко отделался. Чёрт! Если за нас возьмутся силовики… — Она не договорила. Запнувшись на полуслове, Жанна обвела взглядом присутствующих, мило улыбнулась и сменила тему.
Как впоследствии выяснилось, опровержения не помогли, и благотворительный фонд Жанны проверяли вдоль и поперёк, даже взялись за дела её мужа. Им пришлось пожертвовать немалой частью бизнеса, чтобы откупиться. У меня же не выходил из головы этот Кирилл Исаев.
Я пыталась осторожно наводить о нём справки, но никто толком не мог ничего сказать. Всё, что удалось узнать: Кирилл Исаев — независимый журналист, сделавший себе имя на разоблачении элиты, но где он живёт, и как с ним можно связаться, никому не было известно. На одном из сайтов с его статьями я обнаружила форму для обратной связи, чем и решила воспользоваться. Ответа я ждала несколько недель и уже успела отчаяться, когда внезапно мне поступил звонок.
— Ева Андреевна? — услышала я в трубке приятный мужской голос. — Это Кирилл Исаев. Вы писали, что у вас есть неопровержимые доказательства ухода от налогов Артура Гравицкого.
— Д…да, — заикаясь пробормотала я, не веря в удачу. — Я бы хотела встретиться с вами лично.
— Я не хожу на личные встречи, — возразил Кирилл. — Всю информацию вы сможете прислать мне на электронный адрес.
— Нет! — воскликнула я. — Только с глазу на глаз!
— Извините, я так не работаю.
— Стойте! — Испугавшись, что он сейчас повесит трубку, я затараторила: — Простите, я солгала! Я хочу поговорить не о махинациях с налогами, я о них ничего не знаю. Я хочу, чтобы вы всем рассказали правду о той страшной бойне, что произошла в Самарском ЗАГСе больше года назад! — последние слова я прокричала.
— Извините, я не связываюсь с уголовными делами…
— Нет, пожалуйста, — перебила я его в отчаянии. — Вы — моя последняя надежда! Я была там! Была той самой невестой, которую чуть не убили! Я видела нападавших, среди них был Артур Гравицкий…
Я не сразу поняла, что говорю в пустоту. Кирилл отключился, не дослушав меня до конца. Я пробовала перезвонить, но мне сказали, что номер не существует. Несколько последующих дней я провела как в аду. Впрочем, почему как? Я и жила в преисподней. Единственное, что хоть как-то радовало — Артур уехал в Питер на встречу с зарубежными партнёрами и должен был вернуться нескоро.
В последнее время я почти ничего не пила и не ела, впав в очередную депрессию после отказа Кирилла. Перед отъездом Артур открыто сказал, что пора бы обзавестись детьми, и по его возвращении мы непременно этим займёмся. Заглянув в потайной кармашек сумочки, я с облегчением убедилась, что мои противозачаточные таблетки на месте. Я не собиралась рожать от этого монстра.
Мои размышления прервал телефонный звонок с неизвестного номера.
— Алло? — осторожно спросила я.
— Ева Андреевна, — услышала я голос Кирилла. — Вы хотите, чтобы я рассказал о перестрелке, произошедшей больше года назад в ЗАГСе Самары. Скажите, насколько серьёзно вы настроены?
— Это была не перестрелка, это была казнь, — поправила я его, сглотнула слюну и продолжила: — Я готова предстать перед судом как свидетель, только бы Артур получил по заслугам.
— Отлично, — проговорил Кирилл. — Тогда жду вас завтра. Постарайтесь избавиться от «хвоста», иначе ничего не получится. — Назвав время и место встречи, он отключился.