Но мобильника нигде не было. Я рылась и рылась, и была не в состоянии остановиться, хотя понимала, что он никуда не мог деться из двух маленьких отделений. Страх накрыл меня волной беспомощности и безысходности, стиснул сердце в ледяной кулак, парализовал волю. Голова закружилась, и меня повело в сторону. Я чуть не упала, но вовремя схватилась за стену. На негнущихся ногах я с трудом доковыляла до кабинета Артура. Там у мужа был подключен стационарный телефон.
Ввалившись в помещение, я, пошатываясь и держась за окружающую мебель, дошла до рабочего стола, схватилась за трубку и поднесла её к уху, пальцами потянулась к кнопкам и застыла, вслушиваясь в тишину. Словно во сне я дёрнула за провод и уставилась на обрезки в своих руках. Я рухнула в кресло Артура. В висках бешено стучал пульс, вызывая сильнейшую головную боль.
Я снова полезла в сумочку. Помада, банковская карточка, даже паспорт — всё было на месте, кроме мобильника. Куда же он мог подеваться? Вероятность того, что его взял Артур, я упорно отметала.
— Может, выронила в гостиной? — пробормотала я, поднимаясь с кресла.
Первый приступ прошёл, и отчаяние придало сил. Я ворвалась в гостиную и бросилась к дивану. Я сбрасывала на пол декоративные подушки, залезала ладонями в щели между сиденьем и боковушкой, отодвинула журнальный столик, чтобы убедиться, что под ним тоже нет моего телефона.
«А вдруг я оставила его в комнате?» — с безумием утопающего я хваталась за любую спасительную мысль.
Поднявшись в спальню, я первым делом исследовала туалетный столик, вытряхнула из ящиков всё содержимое, затем перевернула постель, заглянула под кровать, вытащила вещи из шкафа. Я ползала по полу, пытаясь найти хоть что-то в устроенном хаосе.
— Ты не это ищешь? — услышала я сзади голос мужа и резко обернулась.
Артур стоял, привалившись к косяку, поигрывая моим мобильником и буравя меня непроницаемым взглядом.
— Устроила погром в гостиной, — добавил он.
— Отдай, — прошелестела я одними губами, не обращая внимания на его замечание, — пожалуйста.
— Возьми, — Артур продолжил крутить мой телефон, зажав между большим и указательным пальцем.
Между нами было метра три. Артур смотрел на меня, не отрываясь, в глубине его глаз плясали непонятные огоньки. Внутреннее чутьё твердило мне не приближаться, но я не послушалась. Я поднялась с пола и сделала несколько неверных шагов. Оказавшись совсем рядом, я протянула ладонь. Лицо мужа тут же преобразилось: губы плотно сжались, глаза угрожающе блеснули. Резкий взмах рукой, и в тот же миг я громко вскрикнула от хлёсткой пощёчины, отбросившей меня на пол. Колени прострелило острой болью, из разбитой губы выступила кровь, а рот наполнился металлическим вкусом.
— Дрянь! — выплюнул Артур в ответ на мой ошарашенный взгляд. Он присел передо мной на корточки, схватив за челюсть двумя пальцами, заставив смотреть ему в глаза, и яростно зашипел: — Ради тебя! Я на всё был готов ради тебя! Я устроил тебе персональный рай на земле! Ты жила, ни о чём не заботясь, ни о чём не думая, порхала как бабочка с цветка на цветок! И как ты мне отплатила?!
Оттолкнув меня, Артур поднялся, не сводя с меня внимательного взгляда, на лице его блуждала дьявольская усмешка. Он опустил руку в карман брюк и достал оттуда какой-то прибор, в котором я с дурным предчувствием узнала диктофон Кирилла. Муж нажал кнопку, и я услышала собственный голос, вещающий о преступлении Артура Гравицкого. Крыть мне было нечем.
— Я заявлю в полицию, — прошептала я.
— Поговорим об этом завтра, — процедил он. — Сейчас меня ждёт более важное дело, чем угрозы сумасшедшей жены.
Артур вытащил из кармана чёрную флешку, подкинул её на ладони, поймал и снова сунул в карман.
— Всё, что твой дружок успел нарыть, отправится в могилу вместе с ним.
С этими словами он вышел, оставив меня одну в комнате. Он забрал с собой телефон и запер дверь на замок. Я сидела на полу и тряслась от страха до самого рассвета. Это была одна из самых жутких ночей в моей жизни. Я уже не плакала, потому что слёз не было. Я ждала шагов за дверью, ждала, что в комнату снова войдёт Артур и прикажет своим людям убить меня. Но никто ко мне не спешил.