-Зачем ты здесь?- посмотрел на неё злобно, не скрывая раздражения
-Прости, я тебя разбудила, но это срочно. Мне надо тебе кое-что сказать очень важное. У меня мало времени...
-Уходи, я не хочу тебя слышать. Ты мне противна!
-Прошу тебя, ради нас...
-Нет никаких нас! Иди к черту! А, у этого черта есть имя, как его там...?
-Это неважно, я...- в этот момент зазвонил ее телефон. Странно, но мне стало её жалко, она выглядела как запуганный зверёк. Хотелось её обнять, согреть и больше не отпускать. Как раньше...
Она сбросила звонок. Я усмехнулся.
-Что не ответила?
-У меня очень мало времени,- пропустила она мимо ушей мой вопрос- больше я тебя не побеспокою, правда. Ты должен помочь ему, спасти.
-Я больше не хочу слушать этот бред. Уходи, видеть тебя не могу. Я не обязан никому помогать, особенно тебе! Шлюха!
Я закрыл перед ней дверь. Она ещё долго стучала, но я не мог, просто не мог больше смотреть в эти красивые, нежные и когда-то любимые глаза...
-Прошу. Открой.
Я слышала как она начала плакать, но я не мог. Она тогда бросила меня, променяла на этого козла. Ушла. Кажется, с ней ушла и моя душа. Снова, снова это чувство. Ненавижу.
Я лёг спать. Утром встал рано, надо было на работу. Позавтракав я вышел в подъезд. Под ногами услышал шелест бумаги. Посмотрел, и правда.
Я начал читать.
«Позвони по этому номеру, он тебе все расскажет. Прошу тебя, выслушай его, ты поймешь почему я поступила так с тобой. Львенок нуждается в тебе.
Я люблю тебя. Всегда любила».
дальше был номер...
12.
После встречи с Павлом Аркадьевичем я был морально опустошён, чувствовал себя полным козлом. Почему я сразу не понял. Почему не видел как она смотрела на него, пролечим страза глазами. Как он обращался с ней. А сын, я зол на неё, но у Зарины не было другого выхода. Но я так счастлив что у меня есть сын. Львёнок, как мило, но в тоже время, если говорить Лев, то очень гордо и по-мужски. Теперь я буду работать с Павлом Аркадьевичем, чтобы спасти свою малышку и сына.
На следующий день, утром мне позвонила Антонина Петровна. Назначила встречу в парке. Сказала, что няня Льва.
Стоя у входа в парк я очень нервничал, думал что она придёт с сыном, но нет, она пришла одна. И вся она была пропитана страхом, это чувствовалось за версту. Как она оглядываясь шла ко мне навстречу, как глаза ее были широко открыты.
-Руслан?
-Да. А где Лев?
-Я не могла прийти с ним. Аристарх Владимирович всегда на прогулку с ним охрану общественного востром цепит, но у меня есть его фотографии.
-Правда? Можно?
-Конечно. Он очень на тебя похож.
Я увидел маленького мальчика. Такой красивый, счастливый, совсем ещё не знающий жесткости этого мира. Сын, мой сын.
-Можно мне взять их?
-Конечно.
-Ко мне поза вчера приходила Зарина. Она просила помочь ей, но я по глупости прогнал ее, не знал тогда ещё всей правды. Как она?
-Не знаю,- он отпустила глаза, словно чувствовала вину в чем то.
-Что с ней?
-Она пропала.
-Как пропала?
-Она должна была бежать. В тот вечер, когда она к тебе пришла, я звонила ей, предупредила что Аристарх обо всем узнал, сказала бежать. Она должна была быть на связи, у неё есть другой телефон, по которому мы и должны были связываться в случае если что-то подобное случится, но он выключен. И я боюсь что Аристарх нашёл ее...
-Не может быть...,- бесцветным голосом произнёс я,- если бы я только знал, я бы пустил ее тогда. Она жива, он не мог ее убить. Я найду ее, слышите, найду.
Нашёл. В палате с черепно-мозговой травмой, переломами левой руки и ноги, большим количеством ушибов.
Она лежала такая бледная, хрупкая, беспомощная. Слёзы сами текли из глаз. Я сел рядом с кроватью и держал ее за руку.
-Я люблю тебя, Зарина. Всегда любил. Прости меня.
Зарина.
Я ехала не разбирая дороги, опомнилась лишь когда получила ощутимый толчок по багажнику машины, посмотрела в зеркало заднего вида. За мной ехал чёрный Гелендваген, по закону жанра. Я смирилась со своей участью, не пыталась ускоряться. Решила расстегнуть ремень безопасности и когда уже потянулась для этого зацепилась взглядом за игрушку сына, что лежала на заднем сиденье. Львенок, так сильно ассоциирующийся с сыночком. Такой маленький, красивый, но показывающий зубки. Я поняла, пусть я сейчас не выживу, но я должна побороться, пусть не за себя, за сына, за Руслана. С того самого момента, как я встретила Руслана, я боролась за нас, за наше счастье, любовь. К сожалению, большую часть приходилось бороться, слишком уж тяжелая участь пришлась на нашу любовь. Но сейчас отпускать руки, когда все заканчивается не слишком ли жалко? Я оставила ремень безопасности на месте и вдавила педаль газа. «Львёнок, твоя мама не слабая! Она очень любит тебя, и если мы с тобой больше не увидимся, знай, я была сильной ради тебя!»